— Хорошо, я спрошу позже. А теперь уходите!
Они издали полное веселья хмыканье.
— Как пожелаете. Оставлю вас пока наедине с вашим бурным соитием.
Они же не сказали этого только что!
Прежде чем она успела сделать замечание, они быстро ушли.
Ей придется найти их позже и убедиться, что они никому не расскажут, что ее застали за сексом посреди рабочего места. Другие члены совета годами будут дразнить ее за это.
— Ох, Мерих, — застонала она, снова сжав его. — Что мне с тобой делать?
— Советница, — поморщилась Аурея.
— Святая дева, что? — Рэйвин не могла поверить, что она все еще там!
— Я пришла напомнить вам о встрече, которая назначена у вас через полчаса, — могло ли быть еще хуже? Она совершенно забыла об этом. — Это все. Я тоже пойду.
Как только двери закрылись и Аурея ушла, полные блаженства скуления Мериха прекратились. Все, что могла сделать Рэйвин, — это наконец сдаться. Его член втерся в нее, и хотя он едва двигался, он был таким толстым, что ей этого и не требовалось. Ее тело продолжало выдаивать его, спазмируя вокруг его набухшего члена.
Мне кажется, я сейчас разорвусь на части. Так всегда казалось, когда он становился таким огромным.
Она укусила его за плечо, чтобы заглушить свой громкий крик, как раз когда первая струя горячего семени ударила в шейку матки. С непрекращающимся лающим ревом он откинулся назад и вонзил клыки в бок ее шеи.
Он сильно укусил, отвечая на ее укус.
Обычно он отстранялся, чтобы не дать никакой жидкости излиться в нее, но на этот раз он вбивал свой член в нее, сжимаясь над ней. Небольшое количество семени капнуло и пощекотало ее задницу. Какой бы экстаз он ни испытывал, наполняя ее и кусая одновременно, это было очевидно по тому, как дергались его бедра.
Его содрогания были сильнее обычного.
Боль от этого сводилась на нет тем, что ее киска выдаивала его тяжелыми, жесткими спазмами, пока его узел двигался внутри нее. Давление, жар, его запах и финальный стон — все это заставило ее обвить его руками и ногами, чтобы заякорить себя.
Обожаю, так сильно обожаю. Используя все свои конечности, она пыталась притянуть его глубже, пока он изливался.
В тот момент, когда он перестал двигаться, все напряжение покинуло ее, и Рэйвин томно откинулась на стол. Мерих лежал на ней неподвижным, тяжелым грузом; это было утешительно, несмотря на то, что ей было трудно дышать.
Его пушистый живот и грудь быстро вздымались о нее, пока он пыхтел, и она слышала его бешено колотящееся сердце так же отчетливо, как и чувствовала.
В конце концов Рэйвин закрыла лицо руками.
— Там были люди, Мерих, — заскулила она.
Он ткнулся концом своей костлявой морды в ее волосы.
— Прости.
Это была не его вина. Если бы они прервали их буквально за несколько минут до этого, он бы не сошел с ума от удовольствия и не продолжал толкаться. Он погрузил свой узел, и как только он это сделал, пути назад уже не было.
Она объяснит позже, чего хотел Клет, но она уже знала ответ Мериха. Он устал сражаться, устал от боли и кровопролития. Он не пойдет в шахты, если только Рэйвин не умолит его, а она не хотела заставлять его делать что-то только ради того, чтобы она была счастлива.
Никому не разрешалось использовать портальные камни. Создание связи между его миром и ее было бы слишком опасным, учитывая, что Демоны свободно бродили по Земле, поэтому она не хотела давать ему ложную надежду на спасение его братьев. За такой портал должны были бы проголосовать все в городе, а не только члены совета, и она уже могла сказать, что люди отвергнут его из страха без гарантии безопасности.
Она не могла дать обещание, что это может быть возможно, только чтобы получить его помощь.
Она не хотела использовать силу их связи таким грязным способом. Ее народ мог бы продержаться еще несколько лет без новых камней, и, возможно, Мерих стал бы теплее относиться к этой идее после того, как провел бы некоторое время… отдыхая.
Это также было исключительно опасно. Она не знала, хватит ли у нее сил убедить его, когда она сама не хотела, чтобы он шел. Там были тысячи Демонов, и она знала, что он может погибнуть, если кто-то раздавит его череп.
Она не знала, что станет с ней, если это произойдет, но она не хотела это выяснять.
Однако дело с Ауреей было совсем другим.
— Я же говорила тебе, что моя лаборатория — это зона без секса! — воскликнула она. — Если я посреди эксперимента, я не могу позволить тебе загрязнять его.