— Как ты мог расхаживать по Клоухейвену с таким лицом? — Или, скорее… с отсутствием такового.
— Я ношу амулет, который создает гламур человека. — Он поднял её руки выше, чтобы она могла нащупать его у него на лбу. Металлические звенья цепи были холодными на ощупь, как и кристалл, который сидел посередине и стукнулся о его череп, когда она коснулась его пальцами. — У него есть близнец, который защищает владельца от прикосновений Демонов.
— Так вот почему я думала, что ты человек.
Она думала, что дело в её отсутствии зрения, но это не имело никакого значения. Все думали, что он человек. Было облегчением знать, что она не была самой большой дурой в этой ситуации.
Когда она провела ладонями выше, она нахмурилась, почувствовав два больших выступа, торчащих из его черепа. Если она правильно помнила, она думала, что у земных медведей нет рогов.
Нил’терийские церваурсы были похожими медвежьими существами, но у них были оленьи рога. Если кто-то из них ещё жив, конечно.
Она заметила, что его рога были довольно широкими, направленными вверх и вперёд, с небольшим изгибом на вершине.
— Бычьи рога, — сообщил он ей. — Я состою из множества существ, хотя эти — две из трёх моих самых отличительных черт.
Когда её руки опустились обратно, страх сменился благоговением. Учёный внутри неё желал узнать каждую его часть, узнать, как существо может жить без кожи на лице.
Он был аномалией, которая заставляла её желать узнать о нём больше. О, как бы она хотела препарировать его и узнать, как он устроен!
Её пальцы замерли, когда коснулись острых клыков. Любое движение, которое он совершал до этого, малейшее подёргивание мышц или покачивание от дыхания, полностью прекратилось. Его неподвижность создала у неё впечатление, что он замер ради неё, а не из-за отвращения к её прикосновению.
Когда она коснулась их дальше, дойдя до кончика его морды, она поняла, что у него есть укус, который может убить. На его челюсти не было ткани, но вокруг верхних клыков была повязана тряпка, закрывающая носовое отверстие.
— Это помогает минимизировать запах страха и крови.
Вот почему мне было так трудно услышать его дыхание. Его вдохи были приглушены тканью.
— Как ты появился на свет? — спросила она с затаённым удивлением, начав касаться его горла, и мягчайший мех, который она когда-либо чувствовала, защекотал кончики её пальцев.
— Я родился, очевидно.
— Кем? — Как только она коснулась меха вокруг его плеч и груди, он схватил её за руки, чтобы остановить.
— Вы, Эльфы, действительно понятия не имеете, чем занимался Велдир?
Её брови сошлись на переносице.
— Велдир? — Она усмехнулась. — У этого полубога нет силы создавать существ.
Его смех был холодным и пустым.
— Конечно, есть. Дай ему пару, что-то, что он может коснуться, привязав к себе, и он способен создать жизнь.
Глаза Рэйвин расширились, а губы приоткрылись.
— Но у него нет физической формы! Он был рождён полусотворённым.
— Следовательно, у него есть половина способности, пока он находится в своём собственном царстве, — добавил он. — Тот, которому твой род дал власть управлять.
— Ну… не мы, — проворчала Рэйвин, полностью убирая руки и прижимая их к груди. — Спасибо, что позволил мне коснуться тебя.
Она не была уверена, понимает ли он значимость того, что сделал, позволив ей видеть своим собственным способом, но это успокоило часть её страха. Ей не нравилось неизвестное, и она всё время беспокоилась, что он Демон.
Он определённо мог быть намного хуже, и было ещё много того, чего она не знала, но, по крайней мере, теперь она могла представить лицо перед собой.
Белый медвежий череп с двумя шрамами: один поперёк морды, другой вниз по правой глазнице. Вероятно, у него были тёмно-коричневые или чёрные бычьи рога. Она знала, что у него есть клыки, когти и мех, а ещё он сказал, что у него красные сферы вместо глаз? Она представила, что они парят в его пустых глазницах, но не смогла их почувствовать.
— Я не люблю, когда меня трогают, потому что не люблю, когда другие узнают, кто я.
— Что-нибудь ещё, что мне следует знать? — нервно спросила она. — У тебя есть крылья или хвост? Яд?
— Ни крыльев, ни яда, но у меня есть бычий хвост, который я прячу. — Затем, немного подумав, он добавил: — Будь осторожна с моей спиной, предплечьями и икрами. У меня есть иглы ехидны, которые я могу выпускать для защиты, и они исключительно острые. Когда я спокоен, они лежат плоско, но если ты наткнёшься на них, когда я возбуждён, скорее всего, пронзишь себя.