Она рассчитывала его уверенную походку среди людей, чтобы убедиться, что не наступит ему на пятки, идя чуть позади и сбоку от него. Она не знала, возражает ли он, но он её не останавливал.
Опустив голову, она старалась казаться как можно меньше. Она не была застенчивой или робкой, просто нервничала из-за людей в целом.
Как только они вошли в город, всё, что она могла слышать, — это голоса сотен людей, собравшихся вместе. Они весело болтали, и эта атмосфера отличалась от Клоухейвена.
— Что это за запах? — спросила Рэйвин, слегка подняв нос.
Был обычный запах готовящейся еды, а также сладкой выпечки. Конечно, был общий запах множества тел, у каждого из которых были свои ароматы — некоторые приятные, некоторые нет. Воздух был наполнен ароматами цветов и трав.
Было также что-то еще, что-то странное и необычное, искусственный мускус.
— Это благовония, — ответил он, пробираясь сквозь плотную толпу.
Насколько она могла судить, когда случайно натыкалась на Мериха, его спина была прямой, походка решительной. Ни один человек не столкнулся с ними, словно толпа расступалась перед ним.
— Служители храма создали благовония, чтобы скрыть запах людей, — продолжил он. — Это снижает риск прихода сюда Демонов. Они также разместили амулеты вдоль кирпичных стен, окружающих всю эту деревню. Это эффективно против Демонов, но не особо против Сумеречных Странников.
Она почти шикнула на него за то, что он говорит о своём виде, но пришла к выводу, что ему абсолютно всё равно. Иначе он не говорил бы об этом так открыто.
Музыка доносилась отовсюду, хотя и вразнобой. Кто-то мучил несчастную лютню, в то время как женщина пела от всей души в каком-то заведении.
Многие пытались предложить им еду или товары с радостью в голосе.
Город был живым, наполненным надеждой и радостью. Она никогда не ожидала, что такое место существует на Земле.
Боль скрутила её нутро. Звучит как дома.
Прибрежный город, откуда она пришла, был наполнен смехом, словно Демонов за их магическим барьером не существовало. Люди танцевали и пели на улицах, не зная забот, счастливые тем, что живы и защищены.
Этот город пах и звучал так похоже, маяк надежды для людей, совсем как её собственный город.
Как только её тоска по дому рассеялась, облегчение омыло её, как мягкая волна. Она даже улыбнулась этим людям, переполненная их счастьем, несмотря на всё, с чем они явно сталкивались.
Если они могли быть такими, жить так, значит, был шанс, что элизийцы смогут исправить свои ошибки и наладить всё снова. Они могли бы помочь людям исцелиться, как только избавят их от опасностей, что таились во тьме прямо за стенами.
Всё начало затихать, чем дальше они шли по пути, с которого никогда не сворачивали. Шум отдавался эхом вдалеке, пока Мерих уводил их от главных районов.
— Мы сейчас пройдём через первые храмовые ворота, так что смотри под ноги, — предупредил он её.
Он замедлился, чтобы позволить Рэйвин нащупать край ступеньки, чтобы она не споткнулась. Затем они поднялись по каменной лестнице, и камень стучал под её ботинками.
Они поднимались и поднимались, затем поднимались ещё, словно восхождение было бесконечным.
— Святая дева, — выдохнула она. — Сколько же здесь ступенек?
— К каждому из главных храмов всегда ведёт большая лестница. Поскольку это единственный храм в южных землях, он самый высокий. Здание расположено на самой вершине холма, с видом на остальную часть города Эшпайн.
Рэйвин кивнула, с благодарностью улыбаясь ему за объяснение.
Земля снова выровнялась, и через несколько шагов они остановились.
— Есть двое ворот. Первые всегда открыты, если нет вторжения. Вторые всегда закрыты. Анзули, о которых ты говоришь, не позволяют посторонним входить в их храмы.
Он наконец произнёс их имя правильно, вероятно, потому что она повторяла его несколько раз за последние дни.
Грохот его кулака по воротам был таким громким, что она была уверена: все в радиусе мили услышали его. Раздался тихий щелчок, словно кто-то отпер замок, а затем тихий скрип.
Было ясно, что открыли не ворота, а скорее маленький глазок.
— Да, здравствуйте, — холодно поприветствовал мужчина; его голос был хриплым, словно он был полусонным. — Чем мы можем помо…
Оборвав себя, он прочистил горло, словно оно внезапно пересохло.
— Впустите нас внутрь, — потребовал Мерих; его тон был властным и не терпящим отказа.