Перед глазами возникла таблица, на языке, которого Катрин не знала, но за строками закорючек, она рассмотрела, как в тактической проекции, рейдеры АНК поворачивают влево по курсу, в направлении, противоположном курсу прибывших сил, и вознамерились уходить, а к ним направлялись по сотне «красоток», пущенных «сюзереном» и его сопровождением. По «москитам» же не было выпущено ни одной ракеты, хотя времени и боезапаса у неизвестных кораблей было предостаточно. Рейдовые охотники АНК, превратились в добычу, удирая на всех парах, они подхватывали в ангары своих разведчиков. Все их меры противоракетной обороны пошли в дело — встречный залп «малышками», проекторы помех, зенитки, противоракеты. И они сумели уйти, оба рейдовых крейсера совершили автономный прыжок почти синхронно. А «москиты» растворились в пустоте, как только вышли за пределы действия сферического сенсора «сюзерена» и его группы. Катрин же, с опозданием, сообразила, что «москиты» вообще появились в этой тактической проекции только потому, что с новоприбывших кораблей передали данные...
Капсула открылась и Катрин увидела, что человек в гранатовом плаще по прежнему стоял возле тактической проекции и через её терминал проверял состояние корабля. Одна из консолей рядом с ним засветилась синими огоньками, а сидящий в кресле-капсуле у противоположной стены офицер, сказал:
— Прахамдар ал.
Вместо окружающей корабль обстановки, в проекции появилось изображение женщины, в необыкновенном скафандре, восседающей в командном кресле-капсуле. Шлем её стилизован под невероятную причёску, собранную золотыми заколками и цепочками, перехватывающими глубоко чёрные волосы. Золочёный нагрудник украшало стилизованное изображение паука, сидящего в своей паутине. А лицо, в открытом проёме забрала, узнал бы любой человек, живущий в «Арахне».
— Командующий Хедаят, — произнесла женщина на саугси, языке, который Катрин уже хорошо знала.
А командующий выпрямился, оторвавшись от компьютерной консоли, и сложил руки на груди, становясь похожим на каменное изваяние.
— Мадам Курназир.
Женщина в проекции улыбнулась, но, и эта улыбка, и выражение её зелёных глаз, выглядели хищно, просто светились угрозой.
— Вы забрали то, что искали?
Хедаят не спешил отвечать, продолжая изображать статую.
— Вероятно.
Курназир кивнула, продолжая сверлить его взглядом.
— Чудесно, командующий. Хочу только отметить, что недавно этот «кинжал» принадлежал мне. И кстати, не ломайте голову над вопросом, откуда здесь те джентльмены из АНК. Я уже знаю, кому его задать.
Теперь кивнул Хедаят.
— То есть, они поджидали вас.
Улыбка Курназир исчезла.
— Именно так, командующий. И я не могла обмануть их ожиданий. Передавайте наилучшие пожелания вашему государю.
Она отключила связь. Изображение тактической проекции снова вернулось на своё место. Корабли Курназир там, уже начали новый манёвр, разгоняясь в сторону ледяного кольца. Всего через три минуты их значки в проекции удлинились, быстро превращаясь в линии, и боевая группа исчезла из поля зрения систем наблюдения.
Командующий Хедаят положил руки на пульт связи, с минуту постояв так, он обратился к своему офицеру:
— Саласкар, жандех, айстгаха. Ма бригридим.
Тот коротко кивнул и негромко заговорил в микрофон внутрикорабельной связи, одновременно колдуя над пультом. А от всех четырёх станций слежения в проекции, отделились по зелёному треугольнику и направились к кораблю в центре. Сами же станции мигнули и исчезли.
Катрин отчего-то больше не могла спокойно оставаться в кресле-капсуле. Она сидела там, в довольно удобном кресле, как на иголках. Выбравшись из капсулы, сразу встретилась с внимательным взглядом чёрных глаз. Командующий прошагал к ней, а она стояла и смотрела, как колышется при его движениях, гранатовый с чёрным, плащ. Он остановился в шаге от неё, не отрываясь глядя в глаза.
— Лейтенант Майер. Нам довольно бестактно помешали познакомиться, — как ни в чём ни бывало заговорил Хедаят. Будто бы не было только что никакого нападения и, явно тяжёлого для него, диалога с Курназир.
Катрин не менее внимательно разглядывала его лицо, пытаясь хоть что-то понять об этом человеке. Единственное, что ей удалось уловить, это то, что он на самом деле старше, чем выглядит.
— Нас чудом не превратили в радиоактивную пыль, — выдавила она.
— Такое случается в жизни воина.
— Так что же только что случилось? — спросила Майер.
Хедаят пожал плечами, а его глаза скользнули по её фигуре.
— Мы немного поучаствовали в чужом спектакле. Но в итоге, это того стоило.