Лючия не спеша, как ни в чём ни бывало, прошествовала к ним. Через правое плечо переброшен найденный где-то в обломках армейский спальный мешок, набитый каким-то добром, а в левой руке она держала диреватор, старого, трофейного образца, без магазина. Ноги её до середины бедра в жирной, серой массе грязи, нехотя сползающей вниз и остающейся позади, на следах. Верх бронекостюма контрастировал почти полной чистотой, она его уже привела в порядок, там, где сама смогла дотянуться.
— Я уж думала, она, наконец, добилась, чего хотела и нашла своё место, — насмешливым, издевательским тоном начала Лючия, картинно окинув взглядом Соколова и прижимающуюся к нему Гвоздикину, — почему же она всё ещё одета? И не на коленях? И даже рот делом не занят?
Гвоздикина глухо зарычала и хотела уже кинуться на неё с кулаками, но Николай удержал.
— Спокойно, Цветочек, — сказал он командным тоном, и когда Наталья замерла, резко обратился к Лючии, — ты зачем её провоцируешь? Ради чего вот сейчас злишь её и нарываешься?
Эта улыбка Лючии, хитрая, ядовитая, теперь начала раздражать и его.
— Но ведь наш хозяин усмирит её? — всё также нахально продолжала та, — она же знает, кто её хозяин?
— Сейчас я вижу, что мне надо усмирять тебя.
Лючия улыбнулась ещё шире и медленно опустилась на колени, укладывая свою ношу рядом.
— Я вся в твоей власти, мой господин.
Соколов вскочил уже сам, взбешённый её словами, но тут же осадил свой гнев, обеими руками останавливая рвущуюся в драку «хризантему». А сделать это было уже непросто — боевой киборг обладал совсем нечеловеческой силой.
— Стоять, рядовой! — скомандовал Николай. Гвоздикина подчинилась, вытягиваясь перед ним, — слушай свою задачу.
Глазами метнув молнию в Лючию, Наталья устремила всё внимание на него и кивнула.
— Ты отправишься в поиск. Пока я займусь тут воспитательной работой, — отчеканил Соколов, бросив взгляд на виновницу, — задача первая, установить безопасность периметра. Задача вторая — нахождение припасов и полезного снаряжения. Обязательно найди ёмкость для воды. Смотреть в оба, обстановку считать боевой. Через час жду тебя обратно. В полном порядке и с трофеями.
А Наталья явно, совсем не хотела уходить.
— Командир, я..
— Это приказ, солдат.
— Есть, сэр! — ответила она, визгливо и нервно.
Развернулась кругом и торопливо зашагала к склону. Николай проводил «хризантему» взглядом. Её комбинезон ниже поясницы весь в подсыхающей серой грязи, на ягодицах, как сидела, отпечатался след земли другого оттенка серого.
Когда Гвоздикина уже бегом спустилась вниз, Соколов повернулся к склону спиной.
— Лючия. Ты и правда, та ещё сучка. Теперь я хочу понять, как мне к тебе относиться?
Она посмотрела на него искоса.
— С одной стороны, ты мою жизнь спасла. С другой, ты ведь прежде всего себя спасала. И эти ваши отношения с Курназир. Что за бредовая хреновина между вами? Ещё и спектакль вот этот, только что. Что это вообще такое и как это всё понимать?
Он сжал и разжал кулаки, снова сжал, понимая, что минуту назад едва не сорвался до рукоприкладства. А Лючия заговорила так же спокойно и невозмутимо, будто ничего и не было:
— Ты тоже обвиняешь меня в преступлениях, которых я не совершала. Я всего лишь открываю вам обоим глаза на реальность. Вы оба, будто слепые.
— То есть, ты пытаешься манипулировать мной, — подытожил Соколов.
Улыбка её исчезла на мгновение, потом Лючия медленно опустила глаза, уголки её губ снова смеялись.