Они снова спешили, будто бы у них всего-навсего полчаса времени, оттого и получалось все резко, с постоянными прыганьями с места на место. Ласкам руками своих пипок они почти не уделяли времени, думается, мужчины обеих так и не показали им, как это бывает хорошо и здорово! И они почти всё время отдавались ласкам своих губочек язычками, сменяя друг друга, а по большей части так одновременно. Потом подуставшие лежали, обнявшись, целовались в губы, ласкали груди, попы, спины. Снова и снова бросались к лобкам и пипкам, снова и снова усердно работали язычками. Кстати, не могу поведать тебе, читатель, каков язычок у Лорика, а вот у Варвары это, доложу тебе, инструмент! Как-то она в шутку прислала своё фото с высунутым языком летом и в жару, изображая перегревшуюся собачку. Там такая длиннющая и подвижная лопата! Такая куда угодно достанет! Но у девочек всё никак и никак не удавалось довести другую до экстаза. Уж минуло и два, и три часа, уж и четвертый пролетел. И заалел рассвет, в комнате посветлело, а окрестные петухи уж давно утренние приветствия огласили всей округе. И Варя, нырнув в очередной раз к подруге между ножек, слегка уставшая, решила не добиваться ничего, а просто доставить той хотя бы удовольствие. Теперь, пожалуй, впервые, она смогла рассмотреть, как устроена у той пипка, какие плотно-сжатые у той наружные губки, какой у неё под ними нежно - розовый клитор, если их слегка раздвинуть пальчиками. Она целовала медленно, нежно и ласково, и выше губок по лобку, и чуть ниже, и сбоку у ножек, водила язычком и в верх и вниз медленно, очень медленно… А Лара притихла и только дышала всё шумнее и шумнее… И тут Варвара занялась легонько, еле касаясь, водить язычком по клитору и вкруг него. Подруга тихонько простонала, а затем с каким-то уже утробным звуком, исходившим из её уст, вдруг изогнулась вся и заохала громко, шумно. Это было так неожиданно для Вари, это было чудесно! Неужели она смогла! Да она смогла!
А затем пришёл черёд и Вари просто лежать, прислушиваясь к себе, а подруга колдовала над нею там внизу. И тоже было всё приятно и медленно, всё было нежным, лёгким, почти невещественным. Она взяла своими ладошками голову подружки, гладила её волосы, ощущая, как пряди Лары нежно ласкают её бёдра. Варваре, которой в жизни, в отличие от Лорика, никогда не доводилось испытать этих сладостных пиков от воздействия партнёра, было приятно и хорошо. И за свои взрослые годы она уже привыкла, что ну не случается у нее этого, только самой пальчиками надо было вызывать эти приятные минутки. Но тут вдруг Лариса коснулась язычком той впадинки чуть выше клитора. Какой-то почти электрический импульс пронизал всё тело Варвары! Она, как и прежде Лара, содрогнулась и тихонько простонала, еле слышно… Но Лара уже уловила этот импульс, снова и снова она стала возвращаться к этой тревожащей подругу точке. И вот! О чудо! Он пришёл этот первый её пик в жизни! Она затряслась в конвульсиях, снова и снова повторяющихся! Мозг взорвался! Неужели это с нею! Неужели это она! Потом она долго лежала, тело её потряхивала эта неведомая мощная сила, а Лара, уже отстранившись, нежно гладила ладошкой её плечи, спинку, попку. Что чувствовали они в этот предрассветный час? Какие мысли бродили в этих прелестных головках? Одно можно сказать точно, у Варвары в то утро улетучились безвозвратно мысли о мести для Мачо. Тут было совсем иное, тут зарождалось Другое!
Пожалуй, впервые тело нашей малышки не просто использовали для получения сексуального удовольствия, здесь она нужна была вся, вся без остатка. Теперь снова за долгие, долгие годы ею восторгались, в ней нуждались, заботились о ней. Её любили! Любили искренне, всю и такую! И девочки буквально растворились друг в друге. Уже, как это зачастую бывает, у них отпустило маленько и «тормоза», им нужны были они и только они, уже и Мачо начал отпускать в их сторону сальные шуточки, глядя на их счастливые, разгорячённые мордашки, когда те заявлялись в дом после некоторого отсутствия. И та обделённость любовью в детстве у Варвары теперь сполна утолялась, она купалась и нежилась в волнах нежности и страсти подружки. Да и она сама не могла не откликнуться на эти волны, посылая такие же приливы навстречу подружке. Она любила! Она была любима!
Как тебе, мой читатель, таковой изворот Варвариной тропинки?! Воистину месть выдалась по-женски исключительной, изощрённой и такой непредсказуемой. Так развалить, разрушить, растоптать идиллию «молодожёнов»! К слову сказать, вспоминая историю замужества Лорика и дальнейшее её сожительство с Мачо, эти периоды не подарили ей того светлого, сильного и завораживающего чувства, называемого Любовью. Пожалуй, только теперь её накрыло, «сорвало башню с петель», закружило и заворожило это чувство! Сошлись в одной точке дорожки наших девочек, соединились и потекли теперь, как единое целое…