Кирилл успокаивал, поддерживал. По-дружески встряхивал. Анюта даже несколько раз улыбнулась. Он говорил, что все будет хорошо. Надо перетерпеть. Говорил и сам верил. Смотрел на Анюту и видел, все самое плохое уже произошло. Дальше будет лучше.
Кирилл приехал к офису Олечки в понедельник в 8.30. Припарковался прямо у входа и стал ждать.
В 8.45 появились первые сотрудники. С кофе, в наушниках, со стеклянными глазами. Шли по одному.
Сегодня впервые за долгие месяцы вышло солнце, сразу же стало жарко.
Появились девушки в коротких юбках. Складывается ощущение, что все это время они носили их в сумочках, чтобы не пропустить первый теплый час.
9.05. Поток набрал полную мощность. Кирилл еле успевал фильтровать людей. Драгоценной розовой курточки нигде не было видно.
9.15. В офис засеменили опаздывающие. Без кофе, без наушников.
Перескакивая с бега на шаг и обратно, вприпрыжку, поднимаясь по лестнице.
9.45 на пяточке. Перед офисом начали появляться те, кто пришел раньше остальных. Выходили на первый перекур. Уже парами или группой по три-четыре человека.
10.30. Пустота. У офиса никого.
Может быть, где-то в параллельной вселенной на этом же месте из-за угла выворачивает заспанная Олечка. Идет не торопясь, уже опоздала, к чему спешка. Тяжелая ночь позади, наверняка предупредила начальника, что придет позже. Идет не спеша, не смотрит под ноги. Глубоко в своих мыслях. Он выйдет ей навстречу. Она остановится. Захочет улыбнуться, но сдержится. Вспомнит, от чего у нее болит голова, от чего пустота и страх перед будущим.
– Ты что здесь делаешь? – спросит Олечка из параллельного мира.
Ей ответит Кирилл из Зазеркалья:
– Милая, прости меня. Прости за все. Я л-лю-ю… мне так хорошо с тобой.
Побоялся бы, не сказал вслух, в надежде, что девочка сама догадается. Он может сомневаться вечно, но она-то все знает.
– Милая моя, будь со мной. Я не могу без тебя и не хочу. Ты мне нужна. Я л-л-л-л… Скучаю по тебе.
И второй раз не получится, но время есть. Он научится говорить то, что пока еще вяжет язык.
Олечка не найдет слов, и он ее обнимет крепко-крепко. Будет держать в объятиях, пока не надышится запахом ее волос.
Она заплачет, он будет целовать ее щечки, чувствовать сладкие слезки. Все у них будет хорошо. Впереди столько всего.
Все это наверняка случилось прямо сейчас, но не здесь.
В этом мире Кирилл матерился на Кристину, называл Олечку овечкой и повторял про себя «чувства – мразь».
В этом мире было 11.30, а Оленька все не шла.
Кирилл потянулся за телефоном, но вспомнил, что разбил его. Зашел в офис. Может быть, он ее проглядел? Может быть, она в другой курточке.
В офисе сказали, что Ольга не приходила. Конечно, он бы ни за что не пропустил.
Кирилл заехал в салон связи. Купил новый аппарат. Набрал номер Оли. Тишина. Звонить Кристине нет смысла. Он не знал, что делать. На работу ехать поздно. На часах время обеда.
Он прогуливался около офиса до самого вечера. Думал об Олечке. Хотел вспомнить, в какой момент перешел с ней черту. Отмерял дни от последней встречи. Перебрал все восемь месяцев, пока не дошел до первой встречи на пристани. Она держала в руках крем для загара. Разве можно так улыбаться незнакомцам? Выходит, все было предрешено. «Почти год ушел, чтобы я понял это. Сообразительным не назовешь».
Кирилл решил еще раз позвонить родителям. За последний день он звонил им дважды, вдвое больше, чем за все восемь месяцев.
– Оля в реанимации.
Через полчаса в коридоре больницы на него накинется Кристина. Расцарапает лицо, будет бить кулаками, вцепится в волосы.
Он даже рук не поднимет.
Кристину оттащит отец.
Кирилл не взглянет на нее. Не сможет отвести глаз от палаты.
Весь день он прождал Олечку у офиса, а она лежала здесь, за этой дверью.
Никто не скажет ни слова. Он не посмеет спросить: «Что случилось?» Пошло. Семья не посчитает нужным что-либо объяснять. Они будут сидеть справа, он стоять слева.
Через два часа выйдут доктора, все встанут, по-прежнему молча. Доктор заговорит.
Слава богу. Слова – это хороший знак.
– Ей повезло. Вам повезло. Ольга выкарабкается, – и обратится к Кристине: – Вы ее привезли вовремя. Печень еще не успела отказать. Мы оперативно промыли. Вы молодец. Еще час, и шансов бы не осталось.
– Что с ней будет? – волновалась мама.
– Внутренние органы повреждены не критично. Со временем восстановятся. А вот ущерб нервной системы мы оценить пока не можем. Надо, чтобы Ольга пришла в сознание. Скажу как есть, велик риск паралича. Однако не переживайте раньше времени, все скоро станет известно.
Мама зажала рот рукой. Поймала крик. Кристина заплакала.
– Доволен, ублюдок? Это ты виноват. Ты это сделал.
Папа удерживал дочку в стороне.
Доктор пошел по своим делам, но уперся в Кирилла. Тот не шевелился. Пришлось обходить.
– Запомни, мне это очень нравится. Целуй мне руку. Ласкай язычком между пальцами. Бери их в ротик.
– Да, милый. Я запомнила.
– Сегодня ты должна намокнуть без рук. Чтобы трусики промокли. Я буду сидеть рядом. Старайся. Не получится, ляжешь спать на полу.
– Правило на эту неделю. В моем жилище ходить только на четвереньках. Дом для меня – святое, понятно?
– Понятно, милый.
– К моему приходу приготовь свой любимый ремень. Во рту держи мой носок. Буду пороть. Я сегодня злой.
– Вот тебе подарок. Ошейник. Я долго его выбирал. Носи, не снимая. Даже на работу.
– На работу?
– А как иначе они узнают, что ты моя?
– Хорошо, родной.
– Я купил твое любимое шампанское.
– Спасибо, милый.
– Выпьешь его все не ротиком.
– Два дня не пользуйся туалетной бумагой. Подтирайся, как кошечка, ручкой и облизывай. Снимай видео, чтобы я проверил.
– Кто твой любимый поэт?
– Рембо.
– Выучи три стихотворения. Читай у ног, пока я в туалете.
– Я буду тебя пороть.
– Спасибо.
– Рано благодарить. На каждый шлепок обзывай себя так, как ты заслуживаешь. Раз.
– Дурочка.
– Два.
– Слабачка.
– Три.
– Лентяйка.
– Три дня без горшка.
– Спасибо, Хозяин.
– Вот, возьми эти виноградинки, ты знаешь, что делать. В офисе выдавливай по одной прямо за столом.
– Ты на работе?
– Да.
– Купила взбитые сливки?
– Да.
– Иди в туалет, сделай клизму. Держи баллончик ровно семнадцать секунд. Одевайся и продолжай работать
– Ты сняла трусики?
– Да.
– Сделай так, чтобы кто-нибудь из коллег увидел.
– Хорошо, Хозяин.
– Намочи трусики.
– Я у шефа.
– Делать!
– Готово.
– Сфоткай.
– Не могу, у нас совещание, он напротив.
– Делать!
– Лови фото, чокнутый.
– Молодец.
– Выйди из машины.
– Так? Может, хоть плащ накину?
– Иди.
– Там же снег!
– На тебе чулки. Исполняй!
– Хорошо, спасибо.
– Ты пьяная?
– Очень.
– Иди в мужской туалет.
– С тобой?
– Нет, я приду через десять минут, жди меня у писсуара на корточках.