1955 г. Зачёт по сопромату, я справа
На завтрак почти всегда была манная каша с молоком и хлебом, мне она нравилась. а у некоторых вызывала неудовольствие, пели «одна лишь каша манная вот наша пища главная». Потом до обеда ходили с теодолитом, после него обрабатывали результаты и оформляли отчёты. Был июль месяц, прекрасная погода, тепло, купания. Сокурсник Ваня учил меня плавать брассом, даже выстругал для этого специальную доску. Вечерами костры, разговоры, словом, весело и радостная студенческая жизнь с возникающими симпатиями, влюблённостью, ревностью. Но ярких любовных историй, а тем более сексуальных отношений не было. Времена были строгие, платонические. Помню Миша Трахтенберг который был заметно старше всех призывал не терять времени, а здесь и сейчас найти себе спутника жизни, потому что такого большого выбора уже не будет никогда. Он был прав, но к его совету никто не прислушался, только к концу обучения в группе неожиданно для всех сложилась одна пара.
Со второго курса всё наладилось, я вошла в ритм учебного процесса. С самого начала мне нравилось проектирование и все проекты я выполняла с удовольствием. После второго курса мы работали на стройке в сельской местности как чернорабочие. Девочки вязали арматуру, подносили на носилках песок, гравий, цемент, мальчики месили бетон и заливали его в опалубку. Мы строили свинарник арочного типа. Кажется, это была какая-то научная разработка аспиранта, которая не удалась и перед завершением стройки конструкция рухнула. К счастью, это случилось ночью, и никто не пострадал.
После этой практики я совершила путешествие в Ахтубу к старшей сестре Зое. Денег у меня было немного — летняя стипендия плюс то, что получила за работу на практике. Их хватило на билет в жестком вагоне без плацкарты и на мелкие расходы. Ехать надо было четверо суток, но меня это ничуть не смущало. Случайно в том же вагоне оказался мой сокурсник, у него была плацкарта, и мы попеременно спали. В Москве я остановилась на несколько дней удяди чтобы совершить экскурсию по столице. Со столицей я знакомилась самостоятельно. Посетила, естественно, все знаменитые места, в том числе Третьяковскую галерею и ГУМ. Москва выглядела очень нарядной и оживлённой, везде продавались вещи с символами только что прошедшего Всемирного фестиваля молодёжи и студентов. Я купила яркий атласный платок с символикой фестиваля и тут же повязала его на шею, Купила также яркую в цветах ткань на юбку, в каких ходили многие девушки столицы. От Москвы до Ахтубы ехала на верхней боковой полке плацкартного вагона, без постельного белья и питалась твердокаменными пряниками, которые купила на свои последние деньги у Павелецкого вокзала. Могла ли я в то время представить, что потом чуть ли не 40 лет буду почти ежедневно ходить через Павелецкий вокзал и покупать сладости для чаепития в институте в той же булочной.
В Ахтубе я каждый день ходила купаться на Волгу, на совершенно пустынный пляж, как потом оказалось, мужской, ходила на базар в гости к друзьям сестры и её мужа. Там впервые на пивной вечеринке увидела раков, но есть их не захотела. В большой компании ездили на рыбалку на катере на Волгу, поймали много рыбы, в том числе громадную щуку, и варили уху в ведре. На пароходе ездила посмотреть Волгоград, который на меня большого впечатления не произвёл. Пошла в местный музей, где пришлось сдать в гардероб ручную кладь. У меня был красивый синий маленький кожаный чемоданчик, так называемая балетка, бывший тогда в большой моде. Когда гардеробщица его возвращала, он расстегнулся и она с изумлением увидела лежащие там россыпью деньги. Их мне дала сестра для случайных дефицитных покупок, но ничего не попалось. Обратный билет в Новосибирск купил мне муж сестры Валентин, щедро снабдил деньгами, и я ехала домой со всеми удобствами и даже обедала в ресторане.