Лена сидела словно завороженная.
- Смотри-ка.- И она указала на хорошенькую служанку, которая, казалось, никак не может досыта наработаться.- Ты знаешь, она неспроста стоит на коленях, она подает мне знак, предостережение.
- Лена, Лена, что с тобой? Ты вдруг так изменилась, так побледнела.
- Ничего.
- Как же ничего? А глаза блестят, словно ты готова залиться слезами. Неужели ты кастрюль никогда не видела? Или кухарку, которая их чистит? Можно подумать, будто ты ей завидуешь, что вот, мол, она стоит на коленях и работает за троих.
Появление хозяина прервало их разговор, а там к Лене мало-помалу вернулось ее спокойствие и живость. Немного спустя она ушла наверх переодеться.
Вернувшись, она узнала, что Бото в ее отсутствие безоговорочно одобрил программу, намеченную хозяином: парусник доставляет их в соседнюю деревню, Нидерлеме - живописнейший уголок на берегу Вендской Шпрее, оттуда они пешком отправляются до Кенигсвустерхаузена, осматривают парк и дворец и тем же путем возвращаются назад. Вся прогулка рассчитана на полдня, а что делать после обеда, они решат потом.
Лене план тоже понравился, вот уже подготовили лодку, снесли туда одеяла, но вдруг из сада послышались голоса и заливчатый смех, что свидетельствовало о прибытии гостей и грозило нарушить их одиночество.
- А, яхтсмены явились,-сказал Бото.-Слава богу, мы уезжаем. Поторапливайся, Лена.
И оба поспешили, чтоб как можно скорее забраться в лодку. Но, не успели они дойти до мостков, их перехватили и окружили со всех сторон. Гости оказались из числа друзей, и вдобавок самых близких: Питт, Серж, Балафре. Все трое со своими дамами.
- Ah, les beaux esprits se rencontrent! Великие умы встречаются! - воскликнул Балафре, полный неописуемого задора, который, однако ж, сменился сдержанностью, едва он заметил, что за ними наблюдают с порога хозяин и хозяйка.- Какая счастливая и какая неожиданная встреча! Позвольте мне, Гастон, представить вам наших дам: королева Изабо, мадемуазель Жанна и мадемуазель Марго.
Бото сразу понял, какой пароль принят на сегодня, и, быстро включаясь в игру, со своей стороны легким движением руки представил:
- Мадемуазель Агнес Сорель.
Все трое мужчин поклонились учтиво, даже почтительно с виду, тогда как обе дочери Тибо д'Арка ограничились едва заметным книксеном, предоставив королеве Изабо, бывшей годами пятнадцатью старше остальных дам, приветствовать незнакомую и не очень нужную в данной ситуации особу более дружески.
Разумеется, появление этой компании было помехой, возможно даже не случайной, а подстроенной, но чем реальнее казалось такое предположение, тем скорее надлежало сделать хорошую мину при плохой игре. И Бото бесподобно справился со своей задачей. Он без устали сыпал вопросами и таким образом узнал, что общество самым ранним пароходом прибыло в Шмёквиц, а оттуда на паруснике доехало до Цейтена и уже дальше шло пешком, минут двадцать от силы: восхитительная прогулка, старые деревья, луга и красные деревенские крыши.
Покуда новое пополнение, и в первую голову дородная королева Изабо, которая еще более, нежели округлостью форм, выделялась своими разговорными талантами, выкладывало все эти сведения, компания, непринужденно беседуя, подошла к веранде и заняла место за длинным столом.
- Прелестно,- сказал Серж.- Просторно, чисто, на воздухе и к тому же тихо. А луг - луг просто создан для прогулок при луне.
- Да,- подхватил Балафре.- Прогулки при луне. Лучше не придумаешь. Но сейчас десять часов утра, следовательно, до прогулок при луне осталось не менее двенадцати часов, которые необходимо как-то занять. Вношу предложение - прокатиться по реке.
- Нет,- отвечала Изабо.- Никаких рек, я по горло сыта водой. Сперва пароход, потом лодка, а теперь, извольте радоваться,- опять лодка. Лично я против. И вообще, не понимаю, кому нужно это вечное шлепанье веслами. Не хватало только, чтоб мы засели с удочками или принялись рукой ловить уклеек и визжать от радости, когда поймаем какую-нибудь махонькую козявку. Нет - на сегодня никакой воды. Прошу вас самым убедительным образом.
Мужчины, которым все это адресовалось, с видимым удовольствием внимали повелительному тону матери-королевы и попутно выдвигали новые предложения, но их постигла та же участь. Изабо все отвергла и под конец, когда присутствующие начали полушутя-полусерьезно осуждать ее поведение, потребовала тишины.