Через пару недель подобных тренировок, после того, как первичные Сашины "биджна" и "жикуда" были определены, начался следующий этап – обучение тому, каким образом эти самые биджны и жикуды увеличивать. Здесь, слава Богу, учителя – Адамов с его двумя помощниками – намного меньше пользовались физическими возбудителями "неудовольствия", такими, например, как ванны с дерьмом, "вкусовые" смеси, спецароматизаторы и прочие гадости в том же духе. В ход большей частью шли гипноз, опять-таки секс и какие-то, как утверждалось, древние наркотики, специально изобретенные магами для целей учения Пути-Пучи – всякие там генераторы ужасов, "чудесные прерывания", "полет с ведьмой", "полет с дьяволом" и прочие тошнотворности а ля Кастанеда (о способах приготовления проконсультируйтесь в его книгах, а меня от этого, попрошу, избавьте). Саша рассказывал, что привыкания, по крайней мере, быстрого, эти наркотики не вызывали, да и на внутренние органы вроде бы не воздействовали, но обладали жутко неприятным побочным эффектом – умноженным во сто раз алкогольным похмельем, которое ничем, в том числе и наркотиками, не снималось, выворачивало наизнанку, хотя спустя 8-10 часов все проходило само собой. Адамов, правда, утверждал, что это не совсем побочный эффект, что так задумано изначально, только не для новичков, а для путипучеристов более высокого уровня.
Я многого не понимаю из того, что мне рассказывал Саша, да и того, впрочем, что потом узнал сам. Зачем, скажем, путипучеристам высокого уровня испытывать на себе внешние воздействия для достижения неудовольствия, а потом еще страдать неимовернейшим бодуном, если того же самого они могут добиться одним усилием мысли?
Саша тоже по этому поводу малость занедоумевал.
Он спросил об этом Адамова, тот ответил в своей манере – расплывчато, загадочно и цветисто:
- Когда речь идет о гонке между жизнью и смертью, не стоит пренебрегать и малейшим дуновением попутного ветерка.
Словом, вот так.
В эти последующие недели практики по усилению биджн и жикуд, работала, как я понимаю, та же схема, что и на предыдущем этапе, только, может быть, намного более усложненная, с причудливо переплетенной сетью причин и следствий, которые далеко не всегда следовали и, соответственно, далеко не всегда имели намеренье причинять; здесь была масса, на мой взгляд, слишком утонченного, одновременно слишком лобового и примитивного, слишком "не туда направленного"… И все это с целью мимоходом, как бы случайно, разбудить в теле дремлющее и давно забытое умение усиливать свои ощущения, увеличивать амплитудный размах между прекрасным и отвратительным, "жать на газ", как почему-то говорится на сленге путипучеристов.
В идеале (в идеале!) человек приобретал умение достигать максимальных для его организма биджны и жикуды, он приобретал способность трепетать от счастья или содрогаться от отвращения уже на грани сердечного спазма, в микроне от смерти, а это, согласитесь, очень неплохо для одной жизни, по крайней мере, в отношении счастья. Только смерть ограничивала его возможности – и сверху, и снизу.
Здесь интересно. Близость смерти, страх, вызываемый ею, вся та сложная гамма переживаний, с ней связанных, - и тяга к ней, и мистическое отторжение, и ненависть, и тоска, и почти непреодолимый позыв подчиниться, и отвращение, и неприятие, и острейшее любопытство… словом, все вот это очень пикантным образом накладывалось на настроение человека. И если был пройден некий порог близости к смерти, наслаждение (или отвращение) начинало нарастать неконтролируемым образом, заканчиваясь, как вы понимаете, неизбежным экзитусом леталисом; главное тут было – умудриться этот порог не переходить.
По словам Адамова, столь тесная близость к смерти заставляла человека думать о ней и вообще воспринимать вещи совершенно по-иному. Он переоценивал реальность, совсем по-другому начинал оценивать, в первую очередь, три категории – смерть, время и почему-то (я долго не мог понять почему, да и сейчас, собственно, не уверен, что понимаю) желание.
По непонятной причине, в эти категории не входил секс, хотя, по словам Саши, он занимал в практике Второго этапа едва ли не такое же важное место. Только не как цель, а как средство достижения цели.
Собственно, половой акт как средство достижения жикуды никакого откровения собой, понятное дело, не представляет. Он использовался и на первом этапе обучения. Причем Адамов, следуя то ли своим внутренним потребностям, то ли действительно древним путипучеристским рекомендациям, предпочитал навязывать своим ученикам (называл он их помощниками, а официально они у него значились как "помощники Слуг Угла" – кстати, это трудно произносимое, фонетически ущербное название наводит на определенные подозрения, впоследствии, впрочем, неподтвержденные; но об этом потом. Возможно) самые немыслимые извращения. Саша и его "коллеги", вот эти самые "помощники", называли эти упражнения спецкамасутрой. Народ всегда найдет выход из положения.