Так вот, в той беседе с Сашей Адамова прорвало.
Для начала он долго, загадочно и многообещающе молчал, блымкая прыщиками и растягивая губы в жабьей улыбке. Потом заговорил о том, что все недруги сашины просто завидуют ему и ревнуют.
- Ты, Ендоба, самородок!
- Уж вы и скажете тоже… - закокетничал Саша.
- И скажу. У тебя, правда, не все одинаково хорошо получается, но это даже и хорошо, что нехорошо. Даже и прекрасно, чтоб ты знал. Если бы у тебя получалось хорошо абсолютно все, я, может, тут с тобой и не разговаривал бы.
- Это почему? – удивился Саша.
- Потому что скоро Битва. А как Будующий ты обречен.
Саша даже оскорбился. Манили, понимаешь, манили карьерой Будующего, а потом на тебе – обречен.
- Ну почему сразу так уж и обречен? – спросил он.
- Потому что есть я, потому что есть такие, как я, потому что Он принял решение. Он, хоть прямо ничего такого мне и не говорил, определенно хочет остаться на второй срок.
Он, Босс, Левый – все это обязательно с большой буквы, и почти никогда по его имени собственному, Зиггурд, - так они называли в разговорах таинственного Левого Соседа Бога, с которым, судя по слухам, Адамов время от времени контактировал. Адамов не отрицал и не подтверждал наличия подобных контактов. Собственно, в присутствии Саши это был первый раз, когда Адамов признал их реальность.
Саша иронически рассмеялся.
- Еще бы ему не хотеть! Любой на его месте захотел бы!
- Он не просто хочет, Он ОЧЕНЬ хочет и, более того, знает, как это сделать, - Адамов наконец сделал первый глоток и самодовольно откинулся на спинку кресла. – В каком-то смысле, Ендоба, тебе повезло. Или не повезло – это как посмотреть. И не строй мне вопросительные глаза. Ты представь – каждый Левый правит больше трехсот лет. Каждый беспокоится насчет второго срока, использует для этого все свои, прямо-таки немыслимые возможности, в том числе нас. Но для нас искать Его возможного соперника имеет смысл только за двадцать, ну, за тридцать, ну, максимум за сорок лет до прекращения полномочий. Все остальное время, целых три столетия, в нашем мирке, во всех Углах по миру царят тишь да гладь, да внутриусобная грызня. Он сидит себе где-то там сверху, точней, сбоку, занимается своими таинственными делами, в Углах почти не появляется, а если и появится, то мимоходом – осветит, одним словом. Есть, конечно, единицы, для которых и это время – Время, но в большинстве люди варятся в собственном соку, используют напропалую свои магические возможности, как правило, скудные, устраивают себе судьбы, а если вздумал кто по-настоящему заняться Путем И Пуччьи, то будь ты хоть трижды Будующий, главной цели тебе не достичь – место одно и оно занято прочно и надолго. И не было в истории случаев, чтобы кто-то раньше срока бросил Левому вызов. Это похоже на гонку без победителей и призов, и единственная морковка для слуг Пути-Пучи в это время – промежуточные блага. Богатство, знатность, власть, месть, способность творить мелкие чудеса и тому подобная дрянь, несущественная для жизни. Но, понимаешь ли, Ендоба, даже там, даже в течение тех трех ужасных столетий, всегда присутствуют в мире Пути-Пучи люди третьего сорта… ох, извини, конечно, первого, которые не зависят от срока Битвы. Которые всегда и всем нужны. Это люди моего уровня.
Здесь Адамов сделал паузу, ожидая вопроса, но вопроса не последовало, и он продолжил:
- Это. Люди. Мо. Его. У. Ров. Ня. Их немного, но на пальцах не перечислишь. Это и Воспитатели, и Разведчики, и Воины, и Экзекуторы, и Ученые, и те, кто власть земную под себя подминает… словом, тут целая система, сложная, тысячелетиями отработанная. Каждый в ней отбирает себе понемножку и тем живет, у каждого, помимо всего, "есть свой маневр", то, что приказал ему Левый. Или мы через Левого.
- А Бог?
- Что Бог? Если Он и есть, то это только наш Сосед, мы в другой юрисдикции. Так вот, триста лет… Все это время мир Пути-Пучи пребывает в заболоченном состоянии. Расслабляется иногда, гадости всякие от тоски творит… Может, за то нас все и ненавидят, что мы не все время к цели идем, а только раз в триста с лишним лет.