23 января 1920 года в записке Г. М. Кржижановскому по поводу плана ГОЭЛРО В. И. Ленин писал: «У нас не хватает как раз спецов с размахом или „с загадом“». Простая эта мысль совсем не проста, если внимательней вглядеться в эпоху, когда она высказывалась. Тогда не было недостатка в чрезвычайно размашистых планах. Оно и понятно: в годы, когда производительные силы страны были крайне истощены, полет мысли почти не сдерживался, не контролировался экономической реальностью. В заметках об едином народнохозяйственном плане Ленин бичевал прожектерство, беспомощность, нереальность наших первых экономических программ. И, говоря о «спецах с размахом», Ленин имел в виду проведение в жизнь сложной, двустепенной системы планирования: эксплуатационного и строительного плана — как называл их Г. М. Кржижановский; текущего и перспективного планирования, как говорим мы сейчас. Для задач перспективного планирования, таких, как план ГОЭЛРО, и нужны были люди «с загадом». Люди, которые разработали бы методику составления реалистических перспективных планов. В экономической литературе 20-х годов можно найти много материалов, посвященных постановке этой задачи. Об одном из них, имеющем прямое отношение к теме, и пойдет сейчас речь.
В 1928 году в журнале «Плановое хозяйство» появилась большая статья Г. А. Фельдмана, которая касалась методов планирования народного хозяйства страны. Автор писал: «Нельзя себе представить несложного метода проектирования такого сложного аппарата, каким является народное хозяйство. С другой стороны, мы не знаем более совершенной формы анализа, чем математика. Мы убеждены, что более или менее совершенное планирование народного хозяйства может быть осуществлено лишь на основе четко, математически сформулированной теории… Непреодолимые пока стихийные факторы будут определять лишь выбор определенных вариантов, заранее заготовленных, как планы боевых кампаний».
Я читал эту работу в декабре 1966 года. В те дни в Москве собралась Первая всесоюзная конференция по применению математических методов в отраслевом планировании. Мне довелось там слушать доклад А. Г. Аганбегяна, где излагалась методика составления многовариантного плана, где эта давняя идея представала как реальнейшая практическая задача для вполне конкретных предприятий и даже целых отраслей народного хозяйства…
Что и говорить, фельдмановский «загад» оказался надежным, прочным. Только вот сроки реализации… Все-таки без малого сорок лет. Почему это?
Тут есть много обстоятельств, субъективных и объективных. Сначала — объективные.
«Нельзя научно проектировать без соответствующего научного метода» — таков общий вывод статьи А. Г. Фельдмана. Какой же он — этот соответствующий метод? Математический? Прекрасно. Но поглядите в предметном каталоге раздел «математика»: интегральное и дифференциальное исчисление, теория функций действительного переменного, топология, аналитическая геометрия, тензорный анализ. Это лишь малая доля тех орудий, которыми уже владела математика к 1928 году. Что из них подойдет экономисту? И есть ли среди них то, что ему нужно?
Тут бывает по-разному. К примеру, когда Эйнштейн стал разрабатывать общую теорию относительности, оказалось, что у математиков уже готов язык для изложения его идей. Это было тензорное исчисление. Но вот когда Ньютон создавал свою механику, ему пришлось самому придумывать и математический аппарат — это было дифференцирование. Вся трудность математической экономии состояла как раз в том, что математика в двадцатые годы только подошла к уровню, на котором уже можно было переводить основные понятия и отношения экономической науки на язык цифр и формул. Математические методы, необходимые для этого, еще предстояло создать. Вряд ли можно было ожидать, что среди экономистов окажется Ньютон. Скорее это могло произойти по-другому и куда естественней: с экономическими проблемами должен был столкнуться крупный математик.
Так и случилось.
В 1938 году Институту математики и механики Ленинградского университета была предложена фанерным трестом задача о рациональной загрузке деревообрабатывающих станков. Эта задача была решена выдающимся советским математиком, ныне академиком, лауреатом Ленинской премии Л. В. Канторовичем. Чтоб решить ее, он создал особый математический метод, который сейчас носит название теории линейного программирования. Неважно, как это все сказалось на судьбе фанерного треста. Куда важней другое: теория Канторовича оказалась применимой для решения целого ряда самых разнообразных экономических задач: рационального раскроя тканей, экономного размещения станков в цехе, оптимальной организации перевозок пассажиров и грузов.