Ирина вышла из зрительного зала и по коридорам направилась к своей гримёрке, чтобы собрать свои личные вещи и снять с двери табличку со своим именем. Для прощания с труппой она собиралась прийти позднее.
Она достала со шкафа пустую картонку из-под шляпки и стала складывать в неё мелочи, с которыми у неё были связаны дорогие воспоминания. Маленькие статуэтки, которые она считала своими счастливыми талисманами. Театральная программка спектакля, в которой впервые было упомянуто её имя. Решение Попечительского совета театра о её приёме в труппу. Рисунок, почти набросок, с её сценическим образом, который, краснея, ей вручил после спектакля один начинающий художник...
Ирина услышала за спиной шелест платья и оглянулась.
В дверях стояла актриса Елена Толмачёва, которую можно было считать подругой Ирины, но не настолько близкой, чтобы её можно было посвящать в свои секреты. Просто их амплуа не совпадали и трений между ними не возникало. Елена играла роли романтических героинь и была хороша в передаче любовных томлений. Репертуар театра не мог состоять из одних трагедий. Во всём требовался баланс.
– Ира, что случилось? Почему дом твой охраняли военные и никого не пропускали? Мы уж думали, что беда какая стряслась. Мысли всякие в голову лезть стали: может, покушение было, а может, угрозы от поклонника отверженного получила.
– Оставляю я театр. Замуж выхожу. – тяжело вздохнула Ирина.
– О как! – Елена от неожиданности села на стул. – Даже не знаю, поздравлять тебя или сочувствовать. Так это будущий муж тебе такое условие поставил? Не хочет красотой с другими делиться? Запрёт он тебя в доме своём, как в клетке, света белого видеть не будешь. Но ведь в этом жизнь твоя! Как можно запретить то, что доставляет радость?
Ирина покачала головой:
– Не он. Мать моя вернулась. Сразу дела мои в свои руки взяла. Велела театр оставить да замуж идти.
– И ты подчинилась? Хотя, зачем я спрашиваю? Под домашним арестом сразу очутилась. Побег невозможен. – На лице Елены отразилось негодование. – Да, что же это такое?! В просвещённый век женщину силком замуж выдают!
– Не силком. По любви замуж иду. Просто…
– Что? Неужели за высокородного? Ира, не томи, скажи!
– За графа Головнина.
– Ох! И снова не знаю, радоваться за тебя или жалеть. Не станут ли тебя попрекать происхождением?
– Попрекать? – усмехнулась Ирина. – А посмеют? Род Стрельцовых тоже к знати принадлежит. Мать моя фрейлиной при Императрице состояла с большим влиянием при дворе. А потом отошла от дел и удалилась в монастырь. Только вчера в Москву вернулась.
Елена со сложным взглядом смотрела на Ирину:
– Слухи какие-то доходили до нас, да не верил в них никто. Ведь пришла ты в театр в единственном платье, не имея за душой ничего, словно выгнали тебя из дома или сама оттуда сбежала. И сама никогда про родство с ней не упоминала. Вот все и думали, что Стрельцова – псевдоним твой сценический. Как же она могла уйти в монастырь, оставив тебя без средств к существованию? Неужто всё своё имущество церкви передала и дочери ничего не оставила?
– Когда мать снаряжала меня в дорогу, единственную вещь ценную отдала, чтобы продала я её, и письмо с протекцией написала. Не могла она тогда мне больше ничем помочь. Тяжёлое время для неё было.
– Подружкой меня возьмёшь на свадьбу? Хотя, о чём это я? Кто-ж мне дозволит сидеть за одним столом с графами да князьями? Оскорблением для себя сочтут.
Ирина вернулась в свой особняк. Мать так и не появилась ни к вечеру, ни к ночи. Не прислала и посыльного с запиской.
«Вернулась, чтобы взыскать старые долги». Эти слова она произнесла, когда она ещё находилась в теле Вики при встрече.
Ранее Ирина в подробностях узнала, какую роль сыграла её мать в подавлении мятежа. Личная ученица Патриарха, Хранительница святынь, фрейлина Императрицы храбро встала перед мятежниками, окруживших императорский дворец. О тех событиях ей рассказал офицер, который охранял её дом. Генерал-губернатор очень серьёзно отнёсся к её просьбе и сразу сказал военным, что они отправляются охранять не актрису, а дочь самой Елизаветы Стрельцовой. Теперь она догадывалась теперь, что Стражем, которого на суде спасла её мать, мог быть только их отец. Но куда он исчез потом? Его тоже отправили в ссылку в другой мир, разлучив с семьёй? Было множество вопросов, на которые могла ответить лишь её мать. Но она сняла заклятье, отвела беду, помогла с замужеством и снова исчезла. В чём Ирина не сомневалась – скоро начнутся важные события.