Торговец, путешественник или, человек, отправляющийся в другой мир с иными целями получал не только жетон, но и небольшую коробочку – пространственное хранилище, которая легко помещалась во внутреннем кармане сюртука или в дамской сумочке. Человек, не обладающий магическими силами, мог её открыть, используя свой жетон в качестве ключа. Что может быть лучше, чем путешествовать налегке, а не тащить на себе громоздкий багаж или товары? Именно эта коробочка и предъявлялась на таможне для досмотра.
Сам зал был разделён надвое невысоким барьером и, чтобы попасть к кабинкам, следовало пройти через двери в дальней части зала и выйти уже через другие.
За дверями находилась таможня, где происходил досмотр, проверка документов и уплата пошлин. Внутри самой кабинки находилось зеркало, а на стенке с правой стороны располагалось углубление, к которому следовало приложить жетон. Именно он был для путешественника разрешением, визой и билетом в оба конца.
Этим утром посетителей было немного. Три или четыре раза открывались двери кабинок и из них выходили путешественники. Два человека заполняли бланки, сидя за конторками, ещё трое стояли у окошек и сдавали или получали документы.
Неожиданно почти одновременно открылись сразу три кабинки и оттуда вышло три человека в одинаковой форме Стражей. Они холодным взглядом окинули место прибытия и направились к выходу из здания.
На улице один из них подозвал стоящий в ожидании фиакр[1]:
– Во Дворец Правосудия, – скомандовал он вознице, последним забираясь в экипаж.
Находящийся в своём кабинете генерал-прокурор был по-настоящему озадачен, когда выслушал прибывших к нему Стражей. Целая судейская бригада. Это говорило о том, что дело чрезвычайной важности.
– Что? Новый суд? Но фигуранты этого дела уже были осуждены и в настоящее время отбывают наказание в ссылке или на каторге.
– Появились новые обстоятельства, которые требуют пересмотра дела. До суда мы проведём дознание, материалы которого будут приобщены к нему. Пока же, вызовите к нам патриарха и его ближайшего помощника.
Генерал-прокурор даже помыслить не мог, чтобы спорить. Он должен лично отправиться к высшему духовному лицу и доставить его на допрос.
Его чин позволял входить к кому угодно и когда угодно, и, меньше чем через полчаса, он уже находился в покоях патриарха и объяснял причину своего приезда.
– Стражи? Новые обстоятельства? – патриарх был удивлён не меньше прокурора, но спорить не стал и вместе со стариком-монахом сразу последовал в карету.
Их провели в большой кабинет, где за двумя сдвинутыми вплотную столами сидели Стражи. Перед ними стояли два кресла, которые предназначались для патриарха и его помощника. За отдельным столом сидел секретарь, который должен был вести стенограмму допроса.
– Патриарх, вы приглашены нами не в качестве обвиняемого или свидетеля. Но для прояснения новых обстоятельств этого дела мы хотим вам задать несколько вопросов. Первый: как и при каких обстоятельствах ваша церковь получила две священные книги?
– Ваша честь, будет лучше, если я отвечу на этот вопрос. Я служил при старом патриархе и почти всегда находился рядом с ним. – Сразу встал со своего места старик.
– Говорите. Можете сидеть, мы не на суде.
– Спасибо, – старик прокашлялся и начал рассказ. – Около сорока пяти лет назад на патриаршее подворье пришла схимница лет пятидесяти. Она сказала, что прибыла из монастыря в Самарской губернии и принесла патриарху великую святыню. Прежний патриарх принял её и после разговора повелел выделить этой схимнице келью, но не тревожить и к работам не привлекать. В тот же день были призваны строители и каменотёсы, которые должны были высечь под алтарём в храме крипту для размещения святынь. Когда работы были завершены, патриарх призвал высшие саны и объявил, что Господь призрел нас и послал нам две великие книги для защиты земель. В крипте начался благодарственный молебен и, когда он был в самом разгаре, прибежал игумен. Он сообщил, что схимница стала похожей на бесноватую. Она кричит, что книги связаны с её кровью и она их Хранительница. Без неё нас постигнет великое бедствие, потому что мы нарушаем волю Господа. Она говорила, что должна находиться рядом с книгами. Так в крипте появилась лежанка, на которой почти всё время она спала. Вернее, это нельзя было назвать сном. Её состояние было чем-то иным. Она могла не пробуждаться дни и даже неделю для приёма пищи и вскоре стала похожа на высохшую мумию. Меньше, чем через год она сказала патриарху, что дни её жизни приходят к концу и святыням нужна новая Хранительница. Тогда же она сказала, кто ей станет – послушница из её прежнего монастыря и потребовала призвать её. Молодую женщину привезли через пару недель и отвели в крипту. Новая хранительница тоже погрузилась в сон. Затем она через какое-то время пробудилась и сказала, что Господь будет говорить её устами.