– Клятвы?
Вика прикусила губу, и её глаза наполнились сожалением.
Воспоминания.
После скандала тётя вгорячах хлопнула дверью и ушла из квартиры, оставив девочку с матерью наедине. Вика не знала, что ей делать и нерешительно мялась: уйти следом или остаться? Глаза матери наполнились слезами и она подошла к ней.
– Знаю, ты тоже осуждаешь меня. Но я никак не могу забрать тебя с собой, хотя моё сердце и разрывается от печали. Не могу и остаться. А знаешь почему? Бабушкина квартира скрывает великую тайну. В ней спрятаны две могущественные книги и только ты можешь их отыскать.
Расчёт на пробуждение детского любопытства был сделан верно.
– Они были положены бабушкой на моё имя? Как лампа Алладина?
– Почти, – улыбнулась мать. – Но одного имени недостаточно. Чтобы их найти нужны ещё внимательность и терпение. Как только ты их отыщешь, твоя мама станет очень могущественной и сразу заберёт тебя к себе.
Девочка не была глупой.
– Мама, но бабушка говорила, что хорошо спрятала эти книги и запретила мне их искать.
– Милая, бабушки больше нет. К тому же ты уже почти взрослая и не станешь их портить детскими каракулями. Думаю, что бабушка боялась именно этого, пряча их от тебя.
Немного ласки и вкрадчивый нежный голос матери заглушили детские обиды. Девочка задумалась.
– Я не знаю, где они могут быть спрятаны, – покачала она головой. – Раньше в её спальне стоял всегда закрытый сундук, но потом он исчез.
– Где-то в квартире есть тайник. Ты ведь знаешь что такое тайник? И он должен быть достаточно большим, чтобы в нём поместились две книги.
– Может она их спрятала за шкафом?
Девочка сорвалась с места и побежала в спальню бабушки. Вернулась она меньше, чем через минуту.
– Там темно. Нужен фонарик.
– А может под половицей. Или дверца в стене, заклеенная обоями. Ты должна внимательно осмотреть, прощупать и простучать буквально всё.
– Когда я их найду, мне придётся снова ждать, когда пройдут целых шесть лет? – обиженно надулась Вика.
– Я тебя научу, как перенестись ко мне. Это совсем просто. Но ты не должна этого делать, чтобы повидаться со мной. Или просто сбежать, если вдруг сильно обидишься на свою тётю или одноклассников. Я должна быть уверена, что используешь этот способ лишь в одном случае: когда найдёшь эти книги.
– Обеща-а-а-ю. – Уныло протянула девочка.
– Ты можешь мне пообещать, что не будешь лениться и станешь искать эти книги, не отвлекаясь на кукол и игры во дворе?
– Я совсем не должна гулять?
– Ну, после школы немного. Поиски должны стать такой же частью твоего распорядка дня, как уроки.
– Обеща-а-а-ю.
– Ну, раз так, то тебе будет совсем не трудно повторить за своей матерью слова обещания, взяв в руку этот кулон. Он будет хранить в себе твои слова и я всегда смогу напомнить тебе об этом, призвав его в свидетели...
Тетя вернулась через час и нашла там дожидающуюся её девочку. Её сестра уже ушла.
– Всё-таки не взяла тебя с собой? Ну, ничего, проживём и без неё. Не переживай. Поехали домой.
На третий день проявилась вся сила непреложной клятвы. Тётя с ужасом разглядывала похожую на татуировку змеи метку на груди девочки. Сейчас она доставляла Вике сильную боль. Выслушав сбивчивый рассказ девочки, тёте пришлось вернуть Вику в бабушкину квартиру и боль сразу прекратилась. Поняв, насколько всё серьёзно, она даже помогала ей с поисками тайника, но безуспешно.
Девушке совсем рано пришлось стать самостоятельной. Накоплений, оставшихся после бабушки, было достаточно, чтобы она не была голодной, раздетой и разутой, но никаких излишеств она себе не позволяла и экономила каждую копейку.
Поисками она занималась с одержимостью. Ей очень хотелось, чтобы это поскорее закончилось. Иногда она даже вскакивала посреди ночи, чтобы проверить пришедшую во сне идею. Странным было то, что после принесения той клятвы она совсем перестала видеть во сне свою бабушку, которая раньше часто являлась к ней со словами утешения. Словно, это было наказанием за то, что она нарушила её запрет и начала искать книги.
Нет, она не росла нелюдимой и замкнутой. Не озлобилась на весь мир. Но эта клятва словно создавала вокруг неё незримый барьер. С ней никто не пытался сблизиться. Однажды она захотела найти утешение в церкви и, войдя туда, ничего не ощутила. Затем какая-то бабка жёстко отчитала её сначала за внешний вид, потом за то, что она не туда поставила свечку, навсегда лишив желания возвращаться.
Её бабушка была верующей, но никогда не ходила в церковь. Она говорила, что Господь давно покинул этот мир и бессмысленно обращаться к нему с просьбами.