Ему в сознание был передан тот самый прейскурант, состоящий из множества позиций. Перечень был довольно большим, и Игорю стало интересно, как Страж должен всё это таскать с собой. Или ему ещё был положен денщик, чтобы следить за состоянием всех этих вещей?
– Наём жилья, содержание верхового животного оплачивается…
– Дальше.
В сознание потекли параграфы Уложения. Они были сгруппированы по области применения, как кодексы: гражданско-правовой, уголовный, таможенный и прочие.
Стражи не подменяли собой судебную систему и не назначали судей. По сути, они были высшим надзорным органом. Под их полным контролем находились пути и те, кто по ним перемещался. Они также контролировали поиск нарушителей визового режима, поимку беглых преступников, выдачу разрешений и таможню. Охрана точек перехода, проверка разрешений и выдворение нарушителей возлагались на местные власти.
Параграфов было много. Когда их число перевалило за две тысячи, Игорю показалось что его мозг сейчас взорвётся. Он уже собирался убрать печать со лба, когда голос внезапно прервался, после чего, как освобождение, прозвучали слова:
– Обучение завершено. Кандидат готов к прохождению испытаний?
– Нет! Не готов! Дайте хоть перевести дух!
Игорь снял печать со лба и уселся на диване. Сердце бешено колотилось, а лоб покрылся испариной. Такая система обучения, безусловно, была очень эффективной, но и нагрузка на мозг была колоссальной.
Немного отдышавшись и справившись с сердцебиением, он подошёл к окну. Привычная Москва за окном ему показалась очень далёкой, почти забытой, словно он провёл вдали от неё много лет. Не верилось, что всего несколько часов назад он ехал сюда в метро в окружении других людей. Ему очень не понравилось это ощущение.
Он достал из кармана смартфон.
– Мам, привет.
– Привет. Снова на тренинге?
– Ага. Должен признать, что у них очень эффективная система обучения. Вышел немного перевести дух.
Услышав родной голос, Игорь почувствовал себя намного лучше. Можно было продолжать. Он снова улёгся на диван, выровнял дыхание и положил печать на лоб.
– Пять, четыре, три, два, один. В печати хранятся сведения о мирах, имеющих точки входа. Кандидат сможет получать эти сведения при прохождении испытаний. Первое задание: защитить деревню в джунглях от хищника.
Перед Игорем, оказавшимся в белом тумане, возник образ пятнистой кошки немногим меньше ягуара и в сознание потекла новая информация: необычайно прожорлив, ловкий, быстрый, скрытно атакует из засады, прячась на ветвях деревьев. Очень прочная шкура, которую не пробить обычными стрелами.
– Кандидат может выбрать себе оружие. Создание помощника в этом задании не предусмотрено.
Появилась стойка с различными типами холодного оружия: мечи, сабли, алебарды, луки, секиры. Были и ловчие сети, но что-то внутри подсказывало, что ни одна из них не сможет удержать разъярённого зверя. Меч, лук или алебарда требовали навыков владения, которыми он не обладал, поэтому его выбор пал на арбалет: всё-таки с него было проще прицелиться и выстрелить. Самыми большими его недостатками было то, что требовалось время на перезарядку, а сам он был довольно громоздким и тяжёлым.
***
…Зверь замер на ветке дерева и наблюдал за раненым человеком, который пытался увести его прочь от деревни. Он волочил повреждённую при побеге ногу, испуганно озираясь по сторонам, и использовал в качестве костыля какую-то непонятную штуку, похожую на крестовину. Зверь хотел отправиться на охоту в деревню, но эта раненная добыча своими порывистыми движениями притягивала взгляд, как живец на крючке рыбака.
Он бесшумно перепрыгнул на ветку соседнего дерева, потом на следующую и замер. Пора. Его ловкое тело сорвалось с ветки и, подруливая в воздухе хвостом для поддержания баланса, устремилось к жертве. Передние лапы расставлены, когти выпущены, клыки обнажены…
Жертва неожиданно быстро обернулась, словно у неё были глаза на спине, и подняла ту странную штуку. В полёте увернуться было невозможно. Болт из мощного арбалета ударил в пасть с обнажёнными клыками с такой силой, что отшвырнул тело зверя, как тряпичную куклу. Его хребет был уже перебит, поэтому предсмертных конвульсий не было, лишь в глазах гасло почти человеческое нежелание умирать.
Мужчина, который со своей повреждённой ногой казался ему лёгкой добычей, уверенной походкой подошёл к нему: