В интонациях не было ни тени интриги, загадочности или лёгкого кокетства. Девушка явно испытывала неловкость, которая возникает при обращении с просьбой к малознакомому человеку. Она всячески пыталась скрыть свою тревогу и волнение, но это не осталось для Игоря незамеченным: Вика себя вела сегодня неестественно.
– Хорошо, в перерыв – так в перерыв.
Девушка ушла, а Игорь ненадолго задумался. Начать следовало с того, что в компании все знали Вику, как племянницу хорошей знакомой шефа, которую он взял на работу сразу после института. Но сама девушка это никогда не афишировала. Вела себя тихо и с первого дня аккуратно выполняла свои обязанности.
При этом, выглядела довольно... Нет, не эксцентрично, не вызывающе, а скорее, как персонаж из комикса. Она не красила волосы в «вырвиглазные» цвета, не была разукрашена татуировками и пирсингом. Просто её попытки подружиться с косметикой были похожи на бунт против всех правил нанесения макияжа. Во-первых, девушка не имела ни малейшего представления о симметрии. Если розовое облачко румян на левой щеке находилось на положенном ему месте, то на правой щеке оно сползло ближе к виску. Веки имели разный оттенок, словно её палетка теней давно слилась в один радужный комок.
Во-вторых, то ли дешёвая, то ли высохшая тушь, клочьями и комочками ложилась на её ресницы, превращая их в «паучьи лапки», а подводка дрожала на веках, как серпантин после праздника. Брови, нарисованные с усердием начинающего каллиграфа, то удивленно взлетали вверх, то грустно ползли вниз. В-третьих, помада. Это вообще отдельная история. Алые полумесяцы местами выходили за контур губ Вики и даже съезжали немного вбок. Такое отношение к собственной внешности было несвойственным для молодой незамужней девушки. Испортить она не могла только свой носик и идеально очерченный профиль.
Так чем это было? Причудливым самовыражением? Или вызовом окружающим, чтобы её принимали такой, какая она есть? Или желанием того, чтобы её просто сторонились? Но факт остаётся фактом: другие женщины никогда не звали её поболтать и попить кофе, а мужчины просто не замечали.
Наступило время перерыва. Игорь вышел из здания с другими коллегами, которые направлялись в ближайшее кафе на обед. Уже издали он увидел, что девушка с нетерпением высматривала его среди людей у выхода, вытягивая шею и приподнимаясь на цыпочки.
– Прости, что заставил себя ждать. Так в чём нужна моя помощь?
Вика не стала тянуть и сразу передала приглашение её мамы в гости для знакомства. На этот раз на лице Игоря появилось удивление. Это стало для него полной неожиданностью и он даже потёр пальцами висок, обдумывая ответ. Всё дело в том, что с Викой они вообще не были близки. Всё их общение в офисе сводилось к простому обмену приветствиями.
– Вика, я, конечно, польщён, но чем вызван интерес к моей персоне? Твоя мама меня где-то видела?
Девушка отрицательно покачала головой и в её интонациях появились виноватые нотки:
– Извини. Это я сказала ей, что со мной работает парень, к которому я хочу обратиться за помощью. После этого она захотела с тобой познакомиться.
– Получается, что это даже не сама просьба, а лишь то, что с ней связано?
– Верно. Но сама просьба для тебя будет совсем необременительной, – торопливо заговорила она, словно пытаясь исправить плохое впечатление. – Скажу даже больше: тебе ровным счётом ничего не придётся делать. Но мне очень нужно, чтобы ты познакомился с моей мамой и вызвал к себе доверие. Так что? – В этой фразе акцент падал именно на слово «очень», а интонации сменились на умоляющие. Девушка смотрела на него открытым взглядом и ожидала ответа.
Игорь задумался. Прозвучало «вызвать доверие», а не «понравиться». Это означало, что она не собиралась представлять его как своего парня, хотя у него поначалу и могла зародиться такая мысль. Он чётко уловил этот нюанс. Ведь Вике было уже двадцать четыре года, и её мама наверняка обеспокоена тем, что про её дочь можно написать коротенький рассказ: «На личном фронте без перемен». А представляя его как своего парня, она бы получила передышку на «развитие отношений». Теперь же… Девушка явно замышляла что-то другое.
– Боюсь, что я не смогу тебе в этом помочь. Извини.
– Но почему? – отказ Игоря стал для девушки полной неожиданностью и она немного запаниковала.
– Потому что я не знаю, что ты задумала, и я не хочу становиться частью плана по обману твоей мамы. Обратись к кому-нибудь другому.
Речь Вики от волнения стала сбивчивой:
– Выслушай меня. Мама проводит дома совсем мало времени. Она… М-м-м… путешественница. И всякий раз перед отъездом она поручала меня заботам одного человека. Ну, чтобы он приглядывал за мной. Но в этот раз человек сказал… Сказала, что я уже давно выросла и больше не нуждаюсь в её опеке. Но мама… Она… Неужели тебе так трудно выслушать её и сказать: «Да-да, я присмотрю за ней»? Ведь я уже давно не ребёнок и тебе ничего не придётся делать.