– Да-да, конечно.
Она сняла с шеи кулон и приложила его к сердцу Вики.
– Клятва выполнена.
Едва заметная искра пробежала по кулону и исчезла.
Даже после этого она не обняла свою дочь, не выразила ей свою благодарность. В ней не осталось ничего материнского. Она относилась к Вике, как к инструменту для достижения своей цели и не испытывала к ней даже чувства привязанности. Присутствие Игоря не побудило её продолжить играть роль матери, которая «испытывает тревогу всякий раз, когда оставляет дочь одну». Ей было наплевать на его мнение, а прибытие вместе с Викой стало для неё досадной неожиданностью.
– Вика, но как ты смогла провести с собой Игоря? Ведь в нём нет ни капли нашей крови. Проход не должен был пропустить его.
– Ирочка, страшно даже подумать. Я не видела тебя целых восемнадцать лет! – губы Вики тронула недобрая улыбка.
Шок, неверие, смятение. Эти эмоции сменялись на лице одна за другой, пока Ирина с трудом не выдавила из себя:
– Мама?! Ты? Но ты ведь… – После этих слов взгляд её похолодел, – Значит, ты овладела телом Вики, чтобы обмануть меня? Показала мне книги, чтобы я освободила её от клятвы, а теперь уйдёшь с ними обратно?
– Вовсе нет. Я действительно хотела увидеть тебя снова. Что касается остального… На самом деле я вернулась, – голос стал неожиданно жёстким. – Вернулась, чтобы взыскать старые долги.
– Ты… Ты разрушишь мою репутацию.
– Ты обратил внимание на её слова? – повернулась к Игорю бабушка. – Её не беспокоила репутация, когда она, как блудница, принесла в подоле младенца. Её не беспокоила репутация, когда заставляла своего ребёнка принести клятву. Даже сейчас она не спросила, что я сделала с её дочерью. Убила, запечатала...
– Мама, прекрати!
Характеры двух сильных женщин столкнулись. Глаза одной мерцали от ярости, а другая насмешливо смотрела на свою дочь.
– В любом случае ты ничего не можешь с этим поделать. – Заговорила бабушка, отчеканивая каждое слово, – Маяка на той стороне больше нет, и я не могу отправиться обратно. Если только я не найду Стража, который любезно согласится проводить меня. Но это будет уже после того, как я улажу свои дела.
– Я не допущу этого! – Ирина сделала шаг вперёд, чтобы схватить свою мать за руку.
– Ты?! Да кем ты себя возомнила?!
Бабушка подняла руку, и браслет на её запястье угрожающе вспыхнул. Ирина попятилась на несколько шагов, и в её глазах появился страх.
– А теперь слушай меня внимательно. Сама того не ведая, ты попала в большую беду. Человек, который рассказал тебе об этих книгах, очень опасен и давно охотится за ними. Жизнь артистки ничто в его глазах. Я вернулась не только для того, чтобы отомстить, но и защитить тебя. Сейчас тебе следует спрятать эти книги так, чтобы их никто не смог найти. Закройся в доме, никуда не выходи, найми лучшую охрану. Тебе нужно продержаться в осаде три-пять дней. Я же тем временем… Найми мне карету до Тамбова с самыми быстрыми лошадьми и небольшой вооружённый отряд для сопровождения. Ты всё запомнила? Когда отдашь распоряжения, принеси сюда дорожное платье. Поможешь мне переодеться.
Затем бабушка обернулась к Игорю:
– А ты покопайся в печати. Там должна быть форма Стража.
– Стража? – Ирина неподвижно замерла у дверей, не веря своим ушам.
– Да, дочка. Игорь теперь Страж. Но, не переживай, он не станет тебе мстить за то, что ты сделала с Викой.
И хотя эта фраза должна была успокоить Ирину, угрожающий тон, которым она была произнесена заставила её похолодеть.
***
– Покопайся в печати, – еле слышно проворчал Игорь, как только Ирина увела Елизавету Петровну переодеваться. – Я ж не возражаю. Знать бы ещё, как это делается.
Деваться было некуда, и он впервые занялся изучением артефакта.
На его ладони лежала удивительная вещь. То, что он уже знал, впечатляло: универсальная отмычка («ключ от всех дверей»); база знаний и интерактивный учебный класс; защитник признанного владельца, символ власти и принадлежности к особой касте Стражей.
Теперь он ещё узнал, что внутри хранились вещи. Неужели перечисленное в Прейскуранте находилось внутри? Игорь содрогнулся, представив гору вещей. И среди них ему предстояло отыскать форменный китель и брюки. Он уже представил, как вытягивает за рукав из кучи грязного белья грязный, мятый, пропахший чужим потом – китель. Бр-р-р!
Видимо, уловив желание Игоря, оттиск на печати сменился на Розу ветров. Тот закрыл глаза и попытался представить, как проникает своим сознанием внутрь печати.
Хм.
Он стоял в комнате три на три метра, вдоль стен которой стояли стеллажи под самый потолок. Настоящая армейская каптёрка.