Ванда выглядела еще хуже остальных. Измотанная учебой, бессонницей, экзаменами, бесконечными мыслями о проблеме Лоуренса Гриссанта и о самом Лоуренсе Гриссанте, к концу недели она утратила интерес к итоговым оценкам и молча, как каменное изваяние, ожидала, когда пергамент просто упадет в ее тарелку.
— Девятьсот восемьдесят пять! — радостно воскликнула Пэм, высовываясь из-за своего табеля и сразу заглядывая в следующий, — У Сано восемьсот пятьдесят! Я так тобой горжусь! – девушка приобняла его, хлестнув по воздуху пушистыми светлыми локонами.
— Если бы меня обогнал кто-то другой, было бы досадно, — улыбаясь, Донни протянул подруге ладонь для рукопожатия, — но ты победила меня в честной борьбе!
— У меня восемьсот двадцать, — перекрикивая шум, без особых эмоций изрекла Аврора, быстрым шагом рвущаяся через толпу к столу, словно маленький ураган. Она уселась слева от сестры, сдвигая в стороны ребят и их тарелки, тут же на коленях девушки из ниоткуда появился здоровенный серый кот, — это значит, что мы попадем в одну группу на следующем курсе или как?
— Сейчас узнаем, — слегка оживилась Ванда, когда пергамент с ее именем, устав кружиться, наконец упал ей прямо в руки. Друзья выжидающе уставились на волшебницу, но ее взгляд в этот самый момент зацепился за острые серебряные радужки, держащие ее на прицеле с другого конца обеденного зала. Лоуренс выглядел таким же уставшим, как и все студенты на этой неделе, но Ванда вдруг поймала себя на том, что эта легкая помятость сделала его лишь более привлекательным. Что-то внутри неожиданно кольнуло от мысли, что они не попадут в одну группу в следующем году. Она должна была готовиться больше, лучше, она знала, что не выложилась на максимум. А что если он, а не она, сдал экзамены меньше, чем на восемьсот баллов? В этом не было бы ничего удивительного, учитывая, какой еще груз он несет на своих плечах. Знакомый голос вышвырнул девушку из под толщи размышлений.
— Ну все, дай сюда! — Аврора нетерпеливо выдернула листок из рук сестры.
Ванда, сфокусировав взгляд, поняла, что все еще смотрит на Гриссанта, а он смотрит на нее. Она резко повернулась к друзьям, чувствуя, как жар ползет вверх по шее, к щекам. Донни встал со своего места, обходя стол, все четверо склонились над свернутым пергаментом, Пэм щелчком пальцев расколола печать, и бумага развернулась.
— Девятьсот! — без промедлений озвучила Аврора, и все возликовали, обнимая подругу, растрепывая и без того спутанные красные волосы.
— Значит, закончим этот университет вместе, как и начали. — проговорил Донни, поправляя очки на своем веснушчатом носу, и, выпутаваясь из общих объятий, обратился к Авроре, – Добро пожаловать! Завтра отмечаем!
— Если на вашем вечере директор Таруэлл не будет отплясывать на столе, я пасс. — подмигнула девушка.
Кажется, в этот момент, давивший на всех тяжелый груз, наконец превратился в мыльный пузырь и лопнул. Друзья рассмеялись, как смеются люди после длительного стресса.
Никто и не заметил, как Ванда из под опущенных ресниц бросила взгляд на Гриссанта. Он тоже смотрел на нее, и ей показалось, что он улыбался. Девушка растерялась, не зная, почудилось ли ей. Значит ли это, что он тоже получил высокий балл?
Краем уха волшебница слышала, как Аврора и Пэм обсуждают предстоящую вечеринку отличников, а Сано и Донни вспоминают прошлогоднюю. Ванда не замечала, как то и дело друзья бросают на нее заинтересованные взгляды – всю неделю они объясняли ее странное поведение и молчаливость стрессом из-за экзаменов, и рассчитывали, что привычное расположение духа вернется с их окончанием. Естественно, Ванда почувствовала облегчение, но ее самая большая головная боль все еще сверлила ее взглядом с другого конца помещения.
— Подруга, ты в порядке? — тихо спросил Сано, как только Донни отвлекся на сооружение нового сэндвича. — Не тысяча баллов, конечно, но все таки на пятьдесят больше, чем у меня! Не будь к себе так строга! — он попытался ее рассмешить, но безуспешно.
— Все в порядке, Сано, правда, — нет, с этим пора заканчивать, — просто у меня болит голова, — соврала девушка, — я пойду прилягу, может, по пути загляну в лазарет, прихвачу пару восстанавливающих зелий.
— Мы тебя проводим. — подключилась Пэм.
— Спасибо, но не надо! Вы оставайтесь! Может, лучше прогуляетесь? Из-за всей этой нервотрепки мы даже не осмотрелись на новом месте! Пусть оно, ммм… несколько ограниченно, — это была чистая правда, из-за экзаменов всем было не до местных красот, а Ванде и вовсе плевать. Она знала, что они в глубоком лесу, а единственное, что видела из окон замка всю прошлую неделю – это серый туман, и впервые ей не было интересно, что прячется за ним. Времени на прогулки сейчас нет.