— Действительно, — подхватила Аврора, желая помочь сестре, и все же гадая, почему той так хочется побыть одной, — Я с удовольствием пройдусь по окрестностям!
— Обещаю, завтра я с вами!
На этом все согласились, и Ванда ускользнула из зала. Конечно, она не собиралась ни в лазарет, ни в кровать. Ноги несли ее по башням вверх, в библиотеку. К поиску решения главной причины ее бессонницы, а точнее — проблемы Лоуренса Гриссанта. Она проводила там каждый вечер с того случая неделю назад, в его комнате, и сейчас была близка в решению, как никогда, Теперь экзамены не помешают ей по-настоящему взяться за дело.
Волшебница за полчаса добралась до нужной ей башни. Библиотека Таруэлла была по праву одной из самых больших в мире, а стоимость хранившихся в ней книг превышала все вообразимые суммы. Естественно, существовал отдельный зал для преподавателей университета, но его расположение опять же знали только преподаватели. Большая ее часть была доступна всем студентам, но были и секторы, доступ к которым нужно было заслужить. Например, попасть в число лучших, сдав итоговые экзамены выше восьмисот баллов. В один из них направлялась Ванда, на ходу снимая чары невидимости с довольно увесистой сумки на своем плече. Преодолев несколько винтовых лестниц внутри башни, девушка едва не налетела на библиотекаря.
— Мистер Стравер! – запнулась студентка, пытаясь ухватить постоянно съезжающую лямку покрепче.
— Мисс Мизес! – добродушно прищурился высокий мужчина в толстых очках, похлопывая полосатый пиджак в попытке избавиться от постоянно оседающей на нем библиотечной пыли, – Не ожидал увидеть вас здесь так скоро после экзаменов! Полагаю, я могу вас поздравить? — Да, спасибо! Девятьсот баллов в этом году. – Ванда неловко приподняла уголки губ. На всех предыдущих курсах она показывала более высокий результат.
Простодушно отряхнув ладонь о тот же пиджак, библиотекарь пожал руку своей любимицы, высказывая похвалы.
— И это при том, что едва ли за эту неделю вы садились за учебники! Так над чем же так упорно здесь трудитесь?
— Сюрприз, мистер Стравер! – весело подмигнула девушка, чувствуя, как к ней возвращается природный оптимизм, – Но вы можете быть спокойны! Ничего, за что меня могли бы выгнать отсюда!
Библиотекарь сипло засмеялся, следом расчихавшись, и Ванда, на ходу пожелав ему здоровья, скрылась в лабиринте умопомрачительно высоких стеллажей, а следом за ней летело множество маленьких светящихся шариков. Добравшись до любимого стола в глубине помещения, волшебница выудила из сумки пухлый блокнот и позаимствованные без спроса книги, дочитанные прошлой ночью. Две из них ничем не помогли, поэтому угодили обратно на полку, две другие раскрылись на нужных страницах и послушно парили в воздухе, пока девушка бегло заполняла пустые страницы достаточно сложными каракулями, постоянно исправляя и перепроверяя свою работу.
Спустя несколько часов упорного труда, ее лицо просияло.
— Вот же оно… — дыхание Ванды участилось, а рот приоткрылся.
Она наспех скидала в сумку нужные бумаги, книги и покинула свое любимое укрытие. Ночь подкралась незаметно, так что обратный путь пролегал по опустевшим коридорам и лестницам замка. Кое-где еще тускло сияли вперемешку свечи и зачарованные одинокие лампочки, к которым волшебный мир постепенно приспосабливался, не вполне понимая, куда их пристроить, но Ванду также сопровождали ее мерцающие сферы. На подходе к жилым башням ее уже встречали новые изумительные фрески. Вдруг, в отдаленной от входа нише, мелькнул знакомый силуэт.
Лоуренс сидел, забросив одну ногу на другую, в большом коричневом кресле в тени оплетающих стены крупных листьев. Конечно, с книгой в руках. Волшебница взглянула на большое круглое окно под потолком, откуда на нее таращилось звездное небо, затем на маленькие золотистые часы на запястьи. Всего ничего до его “эпизода”, так почему он еще не в своей спальне? Впрочем, ей это на руку.
— Гриссант. — окликнула Ванда, меняя направление и подходя ближе.
Легкий испуг сменился недовольством на его лице. Ничего странного, ведь он старательно избегал ее всю неделю, не допуская возможности, чтобы она могла с ним заговорить, но постоянно буравя глазами.