— Специальным зельем пропитывают оружие, в том числе дротики, чтобы усыпить сагура. Если его удалось поймать, тело сжигают в определенных условиях. — процитировала девушка, чувствуя, как в носу снова начинает покалывать, и неловко пояснила — история темных существ, первый курс.
— Это почти вся правда. — Лоуренс снова уставился в потолок, — “Определенные условия” имеются далеко не везде, так что родители притаскивают их прямо в наше поместье. Этим летом моя семья поймала огромное количество тварей, но они стали умнее, чем раньше — он горько усмехнулся, — несколько лишь притворились, что потеряли сознание, раньше такого не происходило. Они напали. Я услышал, как мать зовет отца на помощь, и тоже бросился к ней. Почти всех в итоге убили, но один, тот, что укусил меня на пороге собственного дома, сбежал. Не стал меня убивать, он смеялся. Видимо, хотел отомстить тем, кто истербляет его сородичей. Превратить сына охотников. Злая шутка. Но надо сказать, удачная.
На непродолжительное время в комнате зазвенела тишина.
— Ты сказал, только я… — проговорила Ванда, медленно и тяжело дыша, — Они не знают. — девушка легко обхватила лицо Лоуренса ладонью, заставляя посмотреть себе в глаза, — Но почему ты не сказал им? У них… У них столько связей, они могли бы тебе помочь!
— Могли бы. Например, всадили бы в меня пару стрел.
— Этого бы не случилось! Ты должен рассказать кому-то, кто сможет…
— Это уже случалось. С братом моего отца, Джосом.
— Но в учебнике… — Ванда замолчала. Конечно, Гриссанты исправили историю так, как им было удобно. — Твой отец убил собственного брата?
— Мать, отец не смог. Папа очень любил его. На одной из охот Джоса ранили, и он начал превращаться. Как и я.
— Как ты смог это остановить? – Ванда вернула его в реальность, их глаза сфокусировались друг на друге.
— Я не остановил это, а лишь замедлил. — честно ответил Гриссант. Он знал, что еще пожалеет об этом, но много месяцев сохраняя свою тайну, он не мог удержаться от возможности поговорить об этом с кем-то. По крайней мере, когда заражение возьмет свое, будет хотя бы один человек, который сможет рассказать, что с ним произошло. Жаль, он не увидит ужас в глазах своих родителей лично.
Ванда кивнула.
— У меня была примерно неделя, прежде чем я начну превращаться, – продолжил Лон, — я сказал родителям, что на оставшиеся каникулы уезжаю к Алану, заранее написал им пару десятков писем, чтобы поверили. На самом деле я провел все лето в заброшенном доме дяди Джоса. Того, которого…
Ванда резко приложила пальцы к его рту, не позволя договорить, и вновь кивнула, давая понять, что она не нуждается в еще одном пояснении. Лон задержал дыхание, ощущая ее кожу на своих губах.
— В общем, я преобразовал и доработал несколько зелий, — сердце Лоуренса стучало так сильно, что ему становилось немного больно, — ты не знаешь таких, это зелья из архивов моей семьи. Большинство из них - личные разработки моей матери для травли сагуров. Использовав эти рецепты, я создал свой. Изготовление непростое, мне повезло в первый раз. Название я не придумал. — он усмехнулся совсем без горечи, весело, будто хвастается баллами за экзамен, – Оно подавляет эту тварь внутри меня.
— Ты будешь принимать его всю оставшуюся жизнь? – спокойно спросила девушка, — И поэтому ты не опасен?
— Буду. Только на всю жизнь я планы не строю. — Лоуренс почувствовал, как она замерла, и добавил, — Действие зелья с каждым разом слабее, видимо, чудовище во мне вырабатывает иммунитет.
Вместо ответа Ванда аккуратно распутала свои затекшие конечности, сползла вниз по кровати и придвинулась к Лоуренсу почти вплотную. Он склонил голову в ее сторону, рассматривая румяное лицо девушки в мельчайших подробностях. У него никогда не было возможности увидеть ее так близко, но он всегда думал, что если это случится, он наверняка найдет в ней недостатки. Может, они действительно существовали, но в этот момент Лон Гриссант мог поклясться чем угодно, что не видел ничего более идеального. В следующую секунду случилось то, что в какой-то степени разделило его жизнь на до и после. Ванда крепко обняла его. Он до сих пор был немного холодным и влажным на ощупь, пах кедром и солью, Ванда уткнулась лбом во впадину на его шее, а ее мозг напряженно работал. Как глупо было соперничать с ним, возобновлять и горячить старые конфликты все это время, когда он боролся за возможность оставаться человеком каждый день вот уже полгода. Надо признать, оба не представляли себе день без этой полусерьезной вражды, но теперь все приобрело совершенно другой окрас. Она обязательно поймет, как все исправить. Ванда изучила о сагурах всю доступную общую информацию еще на первом курсе, когда готовилась к первым экзаменом, Исходя из этих знаний, обратного пути после превращения нет, но превращение Лоуренса было неполным. Девушка чувствовала, как быстро и глухо бьется его человеческое сердце.