— Все. Нам пора уходить. Чем дольше мы находимся на одном месте, тем больше шансов, что нас обнаружат.
— Как мы поймем, куда идти? Я почти ничего не вижу. — Ванда тоже привстала, заглядывая ему в глаза.
— Я выведу нас. Я хорошо вижу в темноте, я же почти сагур, забыла? — он попытался улыбнуться, чтобы скрыть, наверное, самый большой страх за всю его жизнь.
— Лон, если мы уже здесь, мы найдем то, за чем пришли, — она быстро поцеловала парня в губы, не выпуская палочку из рук, — Доверься мне. Мы найдем кетурин, вернемся в университет и сварим зелье.
— Хорошо, — кивнул Лоуренс, целуя ее в ответ, — Идем.
И он зашагал вперед, прикрывая девушку свободной рукой и ежесекундно осматриваясь по сторонам. Чары невидимости у них получались плохо и пропадали каждые несколько минут, тратя силы волшебников, но лучшей альтернативы не было. Конечно, Гриссант был не настолько глуп, чтобы вести Мизес в логово сагуров. Вдвоем у них не было даже маленького шанса. Ванда не догадывалась о том, что они идут в прямо противоположном направлении. За час пути они не встретили даже зайца, но ощущения были такие, будто их преследует стая волков.
Дорога пошла в гору, а почва под ногами сменилась смесью глины, песка и снега. В конце концов, волшебники набрели на небольшие скалы. Лоуренс, взяв Ванду за руку, прижался спиной к каменной поверхности, осматривая местность с высоты. Девушка последовала его примеру.
— Где мы? — спросила она. Рука начинала болеть от напряжения, но Ванда еще крепче вцепилась в палочку.
— Недалеко. — соврал Гриссант, — Передвигаться дальше ночью слишком опасно. Здесь должно быть ущелье, которым иногда пользовались охотники. — сейчас он был рад, что мать все же заставила его присутствовать на некоторых вылазках, — Я проверю ее, а ты побудешь здесь, поняла?
Девушка кивнула и наложила на себя чары невидимости. Лоуренс сделал то же самое и исчез в проходе, которого до этого было не видно.
Ванда, если быть честной, готова была расплакаться в любой момент. Ей было страшно, холодно, и она чувствовала вину. Неизвестно, что сейчас происходит с друзьями и Авророй, и как действует Блэйн. Оставалось только надеяться, что Арастас приглянулся сестре не просто так, и где-то внутри него есть живое сердце. Мурашки снова побежали по спине, и девушка приказала себе собраться. Несмотря ни на что, она не жалела о содеянном. Больше не было никакого смысла отрицать ее чувства к Лоуренсу, а значит, она все делает правильно, стоя на краю скалистого выступа, защищая крохотный шанс на их с Лоуренсом счастливое совместное будущее.
Крошечная красная ящерка, размером с палец, высунулась из волос волшебницы.
— Ики? — чуть не воскликнула ведьма, но вовремя перешла на шепот, — Зачем же ты пошла со мной? — она на секунду расслабилась, чтобы погладить ее, и положила негодницу в нагрудный карман.
Когда кудрявая макушка показалась из расщелины, нервы Ванды все же дали слабину, и она облегченно вхлипнула.
— Все чисто, иди сюда. — позвал он, протягивая руку.
Внутри убежища охотников было тепло, тихо и сухо. Лоуренс произнес заклинание, и среди камней появился небольшой сундук. Внутри оказалась зачарованная еда, одеяла и медикаменты для оказания первой помощи.
— Ты выпил зелье утром? — остолбенела Ванда, когда принимала протянутый Гриссантом сэндвич.
— Конечно. Не бойся.
Они поужинали в тишине, затем пристроились на одном из одеял, позаимствованных в сундуке, и обнялись. Было слышно, как где-то на камни капает вода.
— Прости меня, — Лоуренс с горечью посмотрел ей в глаза, хотя в пещере было темно, — Я никогда не хотел, чтобы все так вышло, но… Не смог отказаться от тебя, и вот где мы оказались.
— Гриссант, — начала Ванда, но он не дал ей договорить.
— Неизвестно, как мы выберемся, если вообще выберемся. Тебя не должно быть здесь. Все это неправильно, и я облажался.
— Ты всегда лажаешь, Гриссант. — вставила девушка, прикладывая палец к его губам, — Но я никогда не была так счастлива. — она почувствовала, как он улыбнулся, но это длилось недолго.
— Я тоже. Поэтому ты должна пообещать мне кое-что. — он сделал паузу, ожидая ответа.
— Сначала скажи, что. — напряженно произнесла Ванда.
— Хорошо. Я уверен, ты меня поймешь. Если, когда мы выйдем из этой пещеры, на нас все таки нападут сагуры, не делай глупостей. Беги как можно дальше. Я ценный пленник. А вот ты нет.
Слезы начали собираться в глазах волшебницы и потекли по щекам. Она понимала, что Гриссант прав, и она вряд ли сможет дать сагурам хоть какой-то отпор, но сердце говорило иначе. Да и какой бы была ее жизнь без этого волшебника? Она поцеловала его, не ответив.