Донни вздохнул и продолжил стоять на стреме, поглядывая на часы, пока слева от него настойчиво искрилась магия. До двенадцати оставалось всего десять минут, и его осенило.
— Ванда? Наверное, у него пароль.
Девушка сосредоточилась, вспоминая нужное заклинание, затем совершила пару неудобных движений пальцами. На металлической ручке появились едва заметно сияющие символы.
— Да, у него пароль. – она раздраженно выдохнула. — Черт! Я за сто лет не отгадаю, что за пароль пришел в голову этого индюка! Как его можно разрушить, Дон?
— Не знаю, на разрушении проклятий не преподают пароли, это изучают только на факультете стражей. Пошли отсюда. — от нервов уши Донни начали краснеть.
— Хорошо… Я только попробую несколько вариантов!
Ванда склонила голову ближе в дверной ручке, символы на которой гласили “Закрыто. Скажите пароль”, и начала шептать наугад все, что может быть связано с Лоуренсом Грисантом.
Она назвала имя его матери – не подошло, затем отца – эффекта не было, затем кличку его любимого Пегаса, живущего в поместье его родителей, о котором узнала однажды, подслушивая разговор Лоуренса и Эллен в этом же зале год назад. Затем попробовала его дату рождения, двадцать шестое сентября – в этот день Лон пришел на занятия в сногсшибательном зачарованном сером костюме, когда все остальные студенты, изнывая от жары, носили тонкие футболки и пляжные шорты. В этот же день вечером он устроил в зале факультета ботаники, где имеется пруд с кувшинками, вечеринку в свою собственную честь. Ванда, конечно, проигнорировала издевательски врученное приглашение. Затем она назвала автора и название, как она предполагала, его любимой книги, так как замечала его за чтением одного и того же красного томика на каждом курсе, с тех пор, как они познакомились. Признаться, она и сама читала эту книгу дважды.
Ни одна из догадок Ванды не срабатывала, а Донни все настойчивее ее торопил. Наконец, в одиннадцать пятьдесят пять в общий зал вошла заместитель директора Берта Аракиель. Сердце Ванды застучало в два раза быстрее, а ее друг побледнел.
Профессор Аракиель с доброй улыбкой поприветствовала студентов, находящихся в зале, затем произнесла заклинание, и ее голос раздался во всем крыле с оглушительной громкостью. Двести двадцать учеников высунули головы из спален. В фиолетовом проеме показалась также физиономия Лоуренса Грисанта.
— Дорогие студенты, – улыбнулась женщина и сделала паузу. Воцарилась тишина, и она продолжила, – В ближайшие двадцать четыре часа я, Директор Таруэлл и другие преподаватели, а также приглашенные в этом году архитекторы, чьи имена вы узнаете позже, будем работать над чарами университета. Поэтому просим всех, кто не хочет пострадать в данном процессе, – заместитель строгим взглядом обвела любопытные лица, – ровно в двенадцать часов пройти в свои комнаты и не покидать их – она еще больше усилила свой голос, – ни при каких обстоятельствах. Думаю, вы достаточно умны, чтобы не объяснять вам сложность и опасность тех магических манипуляций, которые необходимы для перемещения объекта таких размеров, как университет. Мы не хотим, чтобы кто-либо из вас пострадал и тем более погиб. – профессор сделала шаг в сторону, массивные двери зала распахнулись, и в него влетело множество сверкающих коробочек. Когда они замерли в воздухе, профессор продолжила, – В этих шкатулках вы найдете обед и ужин. Пожалуйста, потратьте свободное время с умом.
Завершив свою речь, миссис Аракиель покинула зал. Поднялся гул из голосов и треска магии, и студенты один за другим стали призывать в руки волшебные шкатулки и запирать свои спальни. Донни тоже схватил одну, и его глаза расширились от страха, когда он увидел, что Лоуренс Грисант, держа в руках такую же крохотную коробочку, направлялся прямиком к своей комнате.
— Ванда! – громко зашептал он, — Он идет сюда! Уходим!
Девушка, ничего не слыша и не видя вокруг себя, истязала дверную ручку, пробуя все новые пароли и заклинания. Не в ее характере было отступать от поставленной цели, и все ее сознание было обращено к решению не поддающейся загадки. Нервный и испуганный Донни приблизился к невидимой подруге, нелепо шаря рукой в воздухе, и сказал строже и громче:
— Мы уходим, Ванда Мизес!
Железная ручка щелкнула, дверь в спальню Лона открылась.
— Сработало! — радостным шепотом воскликнула девушка и прошмыгнула внутрь.
— Ванда… — начал было друг, но не успел больше сказать ни слова, когда за его спиной прозвучал знакомый холодный тон:
— Что ты тут вынюхиваешь, рыжий? — Лон, выжидающе приподняв одну бровь, смотрел на парня пару секунд. Так и не получив ответа от растерявшегося Донни, он хмыкнул и вошел внутрь. Дверь за ним тут же захлопнулась. Донни с минуту смотрел ему вслед, размышляя, что можно сделать, но посмотрев на часы, чертыхнулся и бегом побежал в комнату, где сейчас находились Сано и Пэм. В ту же секунду, как друзья закончили накладывать на комнату новые запирающие чары, большие часы в гостиной пробили двенадцать.