Впрочем, мужчине и даме, что беседовали в одной из комнат, выходящих на парадную галерею, отсутствие хозяйки дома не было помехой – скорее, наоборот. То, о чем шла речь, было слишком личным и общим для них: часть прошлого, которая никак не желала отпускать.
– Я уверена: это неспроста! – стройная дама в черном платье, с подобранными в простецкий узел роскошными волосами цвета воронова крыла мерила нервными шагами невеликое расстояние от затянутого туманом окна до стены. – Не стану гадать, как моя старая гитара оказалась у той женщины. Провидение подает мне знаки, – так случается… Певица, гитара, монограмма, еще нечто и некто – звенья одной цепи, что ведет к нему. Он здесь, слышишь, он совсем рядом! Я прошу тебя, магистр, задержись хоть на день!
– Ты же знаешь, что это невозможно, – невозмутимо отвечал сидящий в кресле мужчина. – Я должен быть в Силезии чем быстрее, тем лучше: информация хороша, пока она свежая. Журавлиный замок примет гостя-инкогнито со всем почтением... Я вернусь через месяц, не ранее.
– Послушай меня хоть раз… – женщина остановилась прямо перед ним. Посмотрела умоляюще.
Мужчина скептически улыбнулся, глядя ей в лицо.
– Ты сама не своя, – он взял ее за руку. Тонкие горячие пальцы женщины дрожали в его ладони: насколько он мог видеть, сильнее обычного. Впрочем, в данном случае эта вечная судорожная готовность была признаком жизни: дрожи в руках у этой дамы не было лишь в день ее похорон. – Сначала беседа с уличной певичкой, странные вопросы о какой-то там ее дочери... Откуда ты это взяла? Или ты снова не помнишь, о чем вещала? Это плохой признак, моя дорогая… Что же до вензеля на корпусе гитары, – мало ли похожих гитар и похожих вензелей? Не все то, что ты видишь, сбывается, сударыня Сивилла. Не в этот раз. Мой корреспондент еще месяц тому писал, что старик заранее продал большой надел земли и уплатил в казну сумму, достаточную для снаряжения чуть ли не полка гусар. Этак он оставит парня без наследства, но будет держать его при себе, словно на привязи…
– Твой корреспондент не мог всего знать! – перебила женщина. – Между тем, вчера я получила известие…
Она осеклась на полуслове.
– Вот как, дело не только в предвидении? – мужчина усмехнулся. – Что ж, я подозревал… Ты все же получаешь вести по своим, неведомым мне, каналам? Может быть, расскажешь мне, что твой осведомитель, раз уж он оказался проворнее, пишет о баварской армии и агентах?
– Ничего, – женщина энергично тряхнула головой. – Это не в его компетенции! Мой корреспондент не может заинтересовать тебя, поскольку сообщает лишь о частной жизни замка и округи. Так вот… Я узнала, что две недели назад молодой граф покинул родные места в сопровождении компаньона, отправившись в путешествие. Первая длительная остановка известна: это Венеция.
– Ну надо же, – мужчина продолжал улыбаться, – господин затворник решил повидать мир, как это и положено наследникам богатых семейств? Скажи, это совпадение, – или ты приложила к составлению его маршрута свою нежную невидимую руку? И что же, теперь ты хочешь, чтобы я поговорил с ним? Подготовил, так сказать, к твоему явлению с того света, запудрив мозги наукообразной мистикой?
Женщина вздрогнула, затем молча кивнула, проглотив возражение.
– Не сейчас, – мужчина покачал головой. – Но полно горевать: его путешествие будет долгим, а время, я уверен, терпит. Еще успеешь сказать все, что хочешь.
– Послушай, я не видела его пятнадцать лет! – отчаянно прошептала женщина. – Неужто ты думаешь, что в сложившихся обстоятельствах я способна ждать еще месяц? Находясь с ним в одном городе, дыша одним воздухом, даже, быть может, видя его?!
– Хммм, – мужчина поднял бровь. – Странно, что ты ищешь во мне сочувствия проблемам, столь сходным с моими, – хотя и в следствиях, а не в причине. Не думаю, что большой бестактностью будет напомнить тебе, сударыня, что мое ожидание затянулось на те самые полтора десятилетия… При том, что предмет волнений ежедневно находится перед моими глазами. Быть может, ты посочувствуешь мне?
– Не сейчас! – дама вернула ему реплику. – Поезжай в Силезию, магистр. Если это будет угодно тебе и благому делу. Я же… буду действовать на свое усмотрение.