– Это грех! – взвилась я. – А Дух – порождение дьявола, все говорят. Отец Матей жалеет одержимых, а Зденек – он беглый послушник, он знает точно – говорит, что приживник не имеет души, потому и сидит на загривке, меж двумя ангелами**!
– Потому что это Дух, – как может быть душа у души? – гекса усмехнулась. – Дух приходит от Бога, неужто ты не слушаешь, что говорят в церкви? Бог-отец, живущий на небесах, послал на землю Бога-сына, нашего сладчайшего Господа Иисуса, а чтобы сыну было проще переносить лишения, передал ему Духа. Иначе как бы он смог воскреснуть? У Господа Бога Дух тоже свят, – а как иначе, коли он сидел на загривке у самого Христа? Наши-то попроще, а у кого и вовсе нет… Чего глядишь? У меня нет, потому что нашего Духа сожгли в Вюрцбурге*** вместе с моей бабкой, – моя мать была тогда чуть выше этой травы. Все знают: Духа нельзя убить иначе – только сжечь на освященном огне.
«Таких, как мы, жгли, – вспомнились слова бабки. – Чтоб наверняка, чтоб дотла и прах по ветру». Вот одна из тех, кто помнит…
– Судья, что состоял при епископе, знал, как отличить ту, на которую снизошел Дух, – продолжила пришлая. – Ее можно было колоть булавками, – и она не плакала, топить в воде, – она не тонула, ставить коленями на молитвенную скамью с гвоздями, – она молилась, как ни в чем не бывало. Только он не всегда выбирал тех, что с Духом, – скоро начал брать тех, что с деньгами. Через несколько лет судья носил на груди золотую цепь толщиной в палец, и ему запрягали экипаж шестериком, а жена палача одевалась лучше жены бургомистра.
Она снова посмотрела мне в глаза.
– На тебе есть какая-нибудь метка, девочка? На детях ведьм часто бывают знаки, но на моей матери не было: их долго искали – и руками, и по-всякому. Не нашли, – потому ей позволили жить и отдали в приют к монашкам. Но оттого, что Духа не стало, моя мать не была счастлива. Из ее дочерей долго прожила только я: голод, чума и война сделали свое дело. Мать рожала много: когда монастырь сожгли, она стала кампенфрау**** в пехотной роте, в армии у господина генерала Галласа*****, уважаемой женщиной… А после меня не останется ни дочки, ни даже сына: моя кровь слаба, и дети от меня не заживались дольше года.
Ведьма с минуту помолчала, сорвала прошлогоднюю травинку, прикусила ее клыком.
– Я понимаю твою родню, – сказала она наконец. – Но раз я договариваюсь с тобой, то скажу тебе, как себя защитить. Слушай.
***
– Все знают, что духов корень произрастает из семени висельника, – говорила гекса. – Бог запретил мужчинам проливать семя на землю, а матери-земле – рожать от мужчин, иначе бы белый свет заполонили странные существа. Но иногда этот запрет не срабатывает, – видимо, тот, кто умер меж землей и небом, не считается человечьим мужиком, хотя семени в нем в достатке. Их порождения ищут под виселицами, хотя на кладбище таких не меньше.
Пришлая ведьма поднялась с упавшего дерева, повела плечами, нагнулась над ближайшим кусточком.
– В этой траве слишком много от человека, – прошептала она, проведя пальцем по молодому листу. – Ты видишь: она невысока, – а все оттого, что наружу торчат только листья. Главное таится под землей: ее корень – земляной человечек. Он не умен – глупее кошки, свиньи или собаки, но умеет быть таким же верным и знает многое, чего не знают люди. Как и крапива или папоротник, он может быть мужчиной или женщиной. Такими травами, сама знаешь, можно колдовать хоть на любовь, хоть на погибель: женская смерть так же отличается от мужской, как и женская любовь, тут уж никто не перепутает.
Я молча кивнула. Уже слышала от бабки: женщина и любит, и умирает иначе, чем мужчина. Тише. Не ставя себя, свою любовь и смерть в центр мира.
– Сейчас они совсем младенцы, и крапива может заглушить их, – ведьма начала полоть крапиву вокруг распластанных по земле круглых листиков чародейской травы, не обращая внимания на редкие кустики «медвежьего когтя». – Что ты так смотришь? Уж этот пробьется сам, я его не трону: даже крапива не желает с ним связываться… Нет, и ты не должна ее трогать, это моя крапива!.. Лучше слушай далее. Когда земляной человечек сделается взрослым, он завяжет плоды – золотые любовные яблочки, они дают чувство такое сильное, что от него может остановиться сердце. А пока не остановилось, принявший их будет то ли спать, то ли бодрствовать и видеть сущность вещей. Но тебе не обязательно ждать плодов.