***
На проезжей дороге, вьющейся средь лесов, было подозрительно тихо и мирно: если представить, что ты упал сюда с неба и ничего не знаешь, сложно было бы догадаться, что кругом идет война. В лесу пересвистывались пичуги, мирно куковала кукушка, – но, пожалуй сейчас не стоило спрашивать ее о годах своей жизни. Над трактом синело небо с кипенью облаков, над верхушками леса чуть в стороне возвышалась дозорная башня одного из многочисленных здесь старых замков.
– Догоним, куда он денется? – де При, как всегда, был бодр и весел. – Другой дороги здесь нет, – они либо чуть впереди, либо на следующем повороте. Я бы сказал, он скорее развернется и устроит нам тут засаду. Наверняка где-то окопался и отправил гонцов, так что нам надо действовать быстро: скоро к нему подтянется помощь. Со стороны Пассау или… хааа, опять же с той стороны: после того, как мы взорвали последний мост на нашей территории, ближе, чем в Фильсхофене, через Дунай не переправиться. Может, мы их вообще опередили, а?
– Нет, – Альберт прикрыл глаза. – Мы почти догнали их по тракту, пока они отходили по лесной дороге через Перльсройт. Так что они могут быть строго на восток от нас. Сидят, поджидают.
– Кто умеет ждать – дождется большего, – Арман хмыкнул и сделал знак левой рукой, командуя идущему позади эскадрону повернуть на отходящую от тракта лесную тропу.
– Погоди, – остановил его Альберт.
Как это часто бывало с ним, смутная тревога в его душе делалась все острее, пока не превратилась в нестерпимое ядовитое острие…
В следующий миг башня лесного замка вздрогнула вместе с землей. С востока донесся взрыв, потом крики.
– Или они – или их, – прокомментировал Арман. – Вперед!
***
– Мы отступили, когда с юга примчался чуть ли не полк венгерских гусар, – докладывал главнокомандующему адъютант де При. – Поскольку вы приказали не вступать в бой с превосходящими силами... Бойцы вольной роты? Нет, их там не было, вероятно, они отошли дальше к востоку. Но то, что пандуры разделились, и малая их часть скакала на юг, сопровождая телегу, а большая не позволяла нам преследовать этот чертов караван…
– Хорошо, – граф де Сакс обернулся к Альберту. – Все поняли, что произошло? Вы у нас записной колдун, Ливерани: могли понять шестым чувством… Скажите, там в телеге… Барон Тренк был еще жив, верно? Как вы оцениваете его шансы?
– Как половинные, – ответил Альберт.
– То есть или выживет – или сдохнет? – фельдмаршал усмехнулся. – Да вы скользкий тип. Впрочем, вы, двое, неплохо организовали договоренность с местным ополчением под видом выкупа заложницы… И Ларро, конечно, но идея была ваша. При ближайшем случае я представлю к награде обоих.
– Рад стараться! – Арман вытянулся в струнку и сверкнул улыбкой.
Альберт просто промолчал.
– Ваши дальнейшие задачи будут в принципе те же, – продолжил командующий. – Завтра мы снимаем лагерь и отправляемся навстречу армии маршала Майбуа***, которая сейчас, надо думать, уже где-то в районе Амберга. Разумеется, на бой никто не решится, но австрийские иррегуляры будут пытаться наскакивать на нас отдельными отрядами, – как шавки на идущего слона. Вы, разъезды арьергарда, будете среди тех, кто сбережет слону задние ноги.
– Вы прикомандируете нас к имперским союзникам? – спросил Альберт. – Если я правильно понял вас, их задачей будет оттеснить австрийский корпус к Пассау и дальше в верхнюю Австрию?
– Снова нет, Ливерани, – фельдмаршал улыбнулся, – и поняли вы криво. Наши союзники потянутся за нами следом, – они понимают, что оставаться в этом разворошенном осином гнезде себе дороже. Да и генерал Кевенхюллер предпочтет отступить не на юг, а на восток – в Богемию, чтобы соединиться со своими. Разумеется, отряды пандуров пойдут в основном впереди них, – свою обычную тактику они неплохо используют даже без своего выведенного из строя командира. Так что совсем скоро невзгоды партизанской войны переместятся из Баварского леса в Богемский, – благо это совсем недалеко. Держу пари, пандуры и там будут больше думать не о войне, а о разбое. О том, сколько ценностей можно награбить под шумок в приграничных богемских городках и селах. Я слышал, там тоже немало богатых церквей и замков, так что теперь вся история повторится на коронных землях Австрии. Королева сама виновата, что выпустила из бутылки этого злого духа…