В ходе визита обсуждались и вопросы безопасности. Медведев и его китайские коллеги продолжили работу по реформированию международной системы для уменьшения доминирующей роли Соединенных Штатов. Они договорились укреплять координацию по ключевым международным вопросам (обе страны, например, выступают против многосторонних инициатив по поддержанию мира и настаивают на сотрудничестве с Ираном). Москва и Пекин также заявили о своем намерении продолжать действия по укреплению авторитета Совета Безопасности ООН, где они использовали свое право вето для защиты режима Асада в Сирии и помешали западным дипломатическим инициативам, с которыми были не согласны.
Визит Дмитрия Медведева отражает растущее значение Азиатско-Тихоокеанского региона, и Китая в частности, в попытках Москвы переместить баланс ее международных обязательств с Запада на Восток. В новой концепции внешней политики, опубликованной в 2013 году, Кремль заявил, что стремится к созданию более тесных отношений с Азией в контексте возникновения многополярного мира и внешней политики США, которая является «насколько дорогостоящей, настолько неэффективной». По слухам, кремлевская группа влияния во главе с Сечиным настаивает на союзе с Китаем против Запада. В июле российский Тихоокеанский флот и военно-морской флот КНР провели крупномасштабные морские учения у берегов России на Дальнем Востоке. Военные маневры включали проверку готовности военно-морских сил двух стран и учебную отработку совместных действий.
Заключенные в октябре нефтяные и газовые сделки являются частью усилий Москвы по увеличению экспорта российской электроэнергии на Дальний Восток, в то время как экспорт на традиционные рынки, особенно в Европу, снижается из-за экономического спада на этом континенте, повышения мирового производства СПГ и коммерческого сланца, а также из-за неэффективной бизнес-модели и правовых проблем «Газпрома». После резкого падения во время финансового кризиса 2008 года цены на нефть поднялись, но российское правительство не сможет выполнить свои внутренние бюджетные обязательства, если цены не будут оставаться высокими. Москва, таким образом, все чаще обращается в поисках новых клиентов к Азии, особенно к Китаю, который Кремль предпочел бы связать долгосрочным контрактом в обмен на новые средства для разработки еще больших энергетических запасов в России. Москва также стремится строить новые трубопроводы, чтобы перенаправить нефть, добываемую на месторождениях Западной Сибири, из Европы в Азию.
Несмотря на позитивную атмосферу во время визита российской делегации, взаимоотношения России и Китая остаются хрупкими и уязвимыми к изменениям в базовых условиях, на которых они основаны. Мрачные демографические перспективы России совместно с укреплением военной силы Китая и его экономическим проникновением в Среднюю Азию – регион, который Россия стремится включить в предлагаемый Евразийский союз, могут сделать партнерство недолгим. Китай является крупнейшим торговым партнером стран Средней Азии. Недавнее турне по этому региону лидера Компартии Китая Си Цзиньпина привело к экономическим соглашениям с Туркменией, Узбекистаном и Киргизией, тем самым обозначив расширение китайского присутствия.
Пекин также имеет все основания быть осторожным в укреплении энергетической связи с Россией. Китай, пишет эксперт по энергетическим вопросам Джеймс Шерр, «понимает, что Россия больше заинтересована в укреплении своих возможностей, чем в том, чтобы стать надежным поставщиком для китайского рынка». Когда в июне 2011 года переговоры по газовому контракту между Россией и Китаем провалились, Россия сразу же начала игры с соперником КНР, активизировав переговоры о реализации корейской схемы трубопровода, который транспортировал бы природный газ с российского Сахалина через Северную Корею. Десять лет назад, незадолго до начала «дела ЮКОСа», Россия отказалась от практически завершенного совместного с Китаем проекта нефтепровода. Кроме того, российская энергетическая стратегия дает ключевой рычаг Японии, который Москва могла бы использовать в своих отношениях с Китаем.