Поэтому даже если я назову вам одну, две, десять фамилий — мне нечем доказать, что эти люди на что-то способны. Ну просто нечем.
А многих я и сам не знаю, по той же причине — они не выступают с высоких трибун, не руководят регионами и ведомствами, а если даже руководят, то стараются делать это тихо, «фильтруя базар», чтобы система не выбросила их. Поэтому вы не видите и не знаете тех людей, которые могут изменить ситуацию в стране. Да и я многих не знаю. Мы просто не можем их знать.
Но такие люди есть. Они есть всегда, в любое время, в любой стране. Особенно в России — в стране, где есть ученые, военачальники, талантливые инженеры, где есть крупные предприятия, жизнь которых похожа на страну в миниатюре. И крупные города, регионы.
Неужели вы думаете, что в 150-миллионной России с тысячами заводов, десятком городов-миллионников, с сотней регионов, многие из которых по размеру не уступают целым странам — неужели нет десятка людей, способных руководить на высшем уровне? Да их не десяток — их не одна сотня.
Проблема состоит в том, как их найти и как добиться от системы, чтобы она допустила их до себя. Собственно это две части одной и той же задачи. Найти людей, способных изменить систему, не дает сама система. И наоборот, если добиться от системы готовности допустить к себе новых людей, то она сама же их и найдет.
Вот, в чем состоит задача!
Система должна прийти в то состояние, когда она сама захочет, чтобы ее изменили. И тогда моментально заработают механизмы поиска нужных кадров, заработают социальные лифты и система найдет тех генералов, полковников, академиков, докторов наук, директоров заводов, депутатов, губернаторов и кого угодно еще, кто будет ей нужен.
Понимаете теперь, почему вопрос «если не Путин, то кто» звучит странно? Это не мне вы должны задавать данный вопрос, не мне отвечать на него и не мы с вами должны искать замену Путину. Этот вопрос мы должны задать системе, потому что только система может удовлетворительно ответить на него и потом принять данный ответ.
Если даже мы с вами найдем ответ сами, то мы все равно не сможем привести к власти того замечательного кандидата в президенты, которого отыщем. Вот не сможем и все.
Единственный способ, как народ может в обход системы привести к власти своего президента, это революция, но данный метод и сложен и опасен — это крайний вариант, до которого, хотелось бы надеяться, дело не дойдет. Поэтому, если мы хотим обойтись без революции, мы должны заставить саму систему найти нового руководителя. Вернее новых руководителей, во множественном числе, потому что один человек всю массу накопившихся проблем уже не решит.
Мы должны заставить систему «захотеть измениться». Система пока этого не хочет. Система этого не хочет до такой степени, что даже банальной и казалось бы безобидной замены Путина на Иванова или Нарышкина, которую можно было бы произвести в 2012 году, система не захотела производить.
И единственное, что может заставить систему захотеть изменений — это страх смерти. Когда (если) система осознает, что изменения неизбежны и альтернатива изменениям — смерть — только тогда она начнет искать обновления. И чем раньше это случится, тем лучше.
Потому что, если система застрянет в текущем состоянии еще на несколько лет, потом просто не хватит времени, чтобы обновиться, избежав революции. Так произошло с СССР — после смерти Брежнева система осознала, что меняться необходимо, но осознание это пришло слишком поздно. Сперва схватились за Андропова, потом за Черненко, потом за Горбачева — по принципу «что было, то и полюбили». Результат известен всем.
Но как сделать, чтобы система осознала, что ей нужно обновляться и искать новые кадры — совсем новые, а не просто Путина 2.0, Путина 3.0, Путина 4.0 в лице Иванова, Нарышкина, Мормышкина, Мышкина, Кошкина и далее по списку? Чтобы система осознала неизбежность изменений, поддержка Путина в обществе должна упасть как можно ниже.
Именно тогда, осознав, что сохранение Путина во главе системы чревато революцией, то есть «смерти подобно», система начнет искать других. И обязательно найдет их!
Поэтому не мне надо задавать вопрос «если не Путин, то кто». Этот вопрос надо задавать властям. И вопрос должен звучать так: кто после Путина?
И это на самом деле нормальный вопрос, ответ на подобный вопрос существует во всех нормальных странах. При монархии ответом на подобный вопрос были имена наследников, при демократии ответом на подобный вопрос являются политические лидеры.