Гусинский знал, что, даже если Ельцина переизберут, ему предстоит столкнуться со многими неприятностями. Президент полагал, что тот стал о себе слишком высокого мнения. Наина и Татьяна Ельцины жаловались на то, что его кортеж «подрезает» их на шоссе по дороге из дома в Москву. Кроме того, он поддерживал Юрия Лужкова в его стремлении к президентству, в то время как телеканал НТВ был основным критиком политики правительства в Чечне. Окончательным надругательством стало начало показа на канале сатирического шоу «Куклы», в котором высмеивались Президент и его семья. Ельцин поручил Коржакову «разобраться» с Гусинским. Вскоре после этого по дороге в город Гусинского атаковала команда людей в масках, вооруженных автоматами. Ему удалось добраться до офиса, но телохранители были избиты и несколько часов пролежали в снегу лицом вниз. Эпизод настолько лишил олигарха присутствия духа, что он отправил жену и ребенка за границу. Гусинский не сомневался, что блюститель ельцинского закона генерал Коржаков был ответственен за эту кампанию преследования, что означало только одно – она была санкционирована самим Ельциным. Но даже при таких обстоятельствах приход коммунистов к власти оказался бы еще более неблагоприятным, нежели правление Ельцина, поэтому он был вынужден обменяться с Березовским рукопожатием в знак согласия поддержать предвыборную кампанию Ельцина.
Ко времени знакомства Березовского с Президентом в конце февраля в Кремле первый уже стал лидером проельцинской политической клики, в которую входили Гусинский (группа «Мост»), Михаил Ходорковский (группа «Менатеп»), Владимир Потанин («ОНЭКСИМ Банк»), Александр Смоленский (банк «Столичный»), Михаил Фридман и его партнер Петр Авен («Альфа-групп»), свободно говоривший по-английски. Внешний вид Ельцина шокировал публику. Лицо обрюзгло, некогда атлетический торс стал дряблым из-за злоупотребления алкоголем и болезни сердца. Он был похож на стареющего борца, решившегося участвовать в поединке, которого не мог выиграть. Но все же его великий русский ум был до сих пор удивительно активен. Березовский объяснял Ельцину, что многие члены деловых кругов пытаются достичь соглашения с коммунистами, в то время как другие «пакуют чемоданы и бегут за границу». «Дайте нам возможность помочь вашей кампании, – умолял он. – У нас есть средства массовой информации, деньги, люди, контакты в регионах и главное – решимость. Нам нужно лишь ваше слово».
Ельцин не тешил себя иллюзиями. Он знал, что целью олигархов было получение миллиардов во втором раунде «залоговых аукционов» в случае его победы на выборах, поэтому их единственными мотивами были жадность и личная выгода. «Вы предлагаете мне уволить Сосковца и назначить вас ответственными за мою кампанию?» – спросил он.
«Конечно же, нет, – ответил Березовский. – Создайте еще одну единицу, например аналитическую группу, и пусть она работает параллельно с вашим штабом. Мы предлагаем кандидатуру Анатолия Борисовича Чубайса в качестве ее лидера».
Ельцин покраснел от гнева. «Чубайс? – Он перешел на крик. – Чубайс – главный виновник всего». Затем, как рассказывает друг Березовского Алекс Голдфарб, после нескольких секунд размышлений он сказал: «Ну ладно, он во всем виноват, пусть сам и разбирается. Хорошо, дадим ему шанс».
Валентин Юмашев предложил, что было бы хорошо, если бы Татьяна Ельцина выступала в качестве информационного канала между участниками кампании и Президентом. Ельцин с готовностью согласился. Так, с Березовским в качестве главного стратега, Чубайсом – рулевого и Татьяной Ельциной – посредника «команда Ельцина» с головой окунулась в предвыборную борьбу. Президент как будто родился заново. Он бросился в кампанию с головой, много разъезжал, раздавал государственные фонды, даже танцевал под рок-музыку. К марту 1996 года по результатам опросов общественного мнения поддержка кандидатуры Ельцина стремительно возросла, а к апрелю общественность признала, что он уже является основным претендентом на пост, несмотря на едва ли не олимпийское соперничество со стороны Зюганова. К маю стало ясно, что многие были готовы голосовать за него, поскольку следующие президентские выборы должны были пройти не позднее 2000 года, и Ельцин не имел права баллотироваться на третий срок. Предвыборные махинации олигархов начинали приносить дивиденды. Борец за права женщин и этнических меньшинств Галина Старовойтова пророчила развал «карточного домика российской демократии» в случае, если Борис Ельцин, несмотря на все его недостатки, не будет переизбран и не возглавит маленькую парламентскую группу реформаторов, продолжая осуществлять демократическую революцию. Преемник Ельцина, как она предупреждала, мог стать «потенциальным диктатором» или одним из олигархов, которых мало волновали вопросы демократии.