- На, маленькая, поешь!, поднеся первый кусочек мяса к самому носу сказал Коля. Девочка перестала шипеть, и принюхавшись, приоткрыла свой маленький рот. Так, отламывая по маленькому кусочку, мужчина и скормил всю жаренную ножку голодной малышке. Доев, она зевнула и отвернувшись, прижала к себе худющие ноги и замерла в темноте.
- Боже, да тут прям концлагерь какой то! Надо срочно выбираться отсюда!, проговорил вслух “Кот”.
Утро наступило быстро, на часах было без двадцати три, когда их принесли в яму. Послышались какие возгласы сверху, и прямо на голову пленникам посыпались какие то объедки, листья и косточки, приведя в оживление находящихся измождённых в яме. Открыв глаза, Коля почувствовал, как маленькая девочка, дрожит и всё сильнее прижимается к нему сбоку. Его ребята также ошарашено пялились на происходящее. Узники дрались, из за кусочков, впиваясь в подозрительно знакомые кости.
- Да этож людоеды!, поймав себя на мысли, что вон та старушка грызёт похожую на левую руку корягу.
Откуда то сверху раздался гортанный звук, и все мигом кинулись к той самой крышке, через которую троица сюда и попала. Крышка открылась, и на вставших под ней людей полилась вода. На бегу снимая с себя рубашку, Николай в два прыжка оказался среди толпы. Пихая как и все друг друга локтями, он расправил рубашку как можно выше, собирая в нее воду, наподобие ковша. Чтобы рубашка вся промокла. Затем, поток воды кончился, и людоеды отправились искать и драться за оставшиеся объедки, а Коля подошел к своим ребятам, и по очереди отжимал рубашку, каждому прямо в рот. Девчонка отвернувшись неподвижно лежала на земляном полу и не подавала признаков жизни. Тогда охотник, жестом приказал пришедшему в себя Тарпу поднять её. Напоив водой и её, убедившись что малая дышит, и жива “Кот” решил осмотреть всю яму повнимательнее. Снизу до верха, на вид было метра три, так сразу не взберешься. Стены сужались к верху. Ни одного корешка, или уступа, все стены покатые, как назло гладкие. Пол был скользкий и грязный от испражнений, гнили и мертвечины. Что делало побег нелёгкой задачей. Подобная кормёжка, и подача воды была два раза, первая в семь утра, вторая после заходя солнца, в шесть вечера.
- Ну что хлопцы?, сказал Николай, пора выбираться отсюда!
Бросив под ноги своим бойцам, собранные за день остатки каких то одежд, свою рубашку и оторванные штанины, Коля стал показывать, как правильно связать их все в одну прочную веревку. Девчонка с интересом пялилась своими большими красивыми глазами, уже совсем не боясь, и даже придвинувшись поближе к охотнику. Ножа не было ни у кого, некоторые веревки перепачканные кровью пришлось буквально перегрызать. Но для спасения, было наплевать на всё. Как только веревка нужной длины была готова, Николай подошел к стене и жестом показал, взобраться к себе на плечи Сибу. Паренек опасливо, покачиваясь, взгромоздился на плечи мужчине, с веревкой в руках. Указывая пареньку на крышку-люк, которая оказалась прямо перед его носом. Прислушавшись, чтобы сверху никого не было, Он обвязал прочным узлом балку около люка, затем Николай спустил его со своих плеч, и жестом показал двигаться за ним. Как только охотник залез наверх по веревке, тут же нащупал подобие засова. Развязав его и осторожно откинув крышку внутрь ямы, Коля выбрался наружу. Пригибаясь, отполз от края чтобы оглядеться вокруг. Неподалёку горел костер, и возле него были люди. Четверо с копьями, что то жарили на огне. Разглядев в темноте подобие лестницы, мужчина спустил её вниз в яму. По ней тут же поднялся Сибу, но Коля указал на девчонку, и паренек проворчав что то на тарабарском, спустился за ней. С трудом вылезший Тарп, указал на четверку с копьями и хотел что то спросить, однако Николай, заткнув рукой ему рот, приказал пригнуться и отползти к невысокой ограде близ стоящего дома и залечь. Девчонка зашипела и забрыкалась, не давая себя поднять, и Сибу вновь поднялся наверх один. Тогда Коля указав лечь рядом с Тарпом, и вести себя тихо. А сам спустился в яму. Подойдя к маленькой, худой, грязной девчушке, он стукнул себя в грудь, и проговорил:
- Коля!, забыв совершенно, что в этом мире он для всех использует свою армейскую кличку.
- Ри!, тихим голоском едва приоткрывая рот, произнесла девочка.
На дальнейшее общение не было времени, поэтому, бесцеремонно охотник подхватил словно куклу, девушку и взобрался вместе с ней ,по лестнице. При этом, она, ни капельки не вырывалась и звука лишнего не издала. На свободе, Николай аккуратно положил Ри около ограды, и стал подкрадываться к дикарям с копьями. Стоило ему сделать пару шагов, как девчонка рывком оказалась у его ноги, и прижавшись всем телом задрожала.