«Да, видимо это не игра. Да и глупо было искать у такого человека, как Сергей, склонность к лицемерию».
Через некоторое время мисс Келлет, собственной персоной, нарисовалась в холле «фамильного особняка». Если в разговоре с ней по телефону Сергей был любезностью, то, чем он стал при её появлении и описать нельзя на всех, известных Петру, шести языках. Он достаточно церемонно представил Куринку, назвав его коллегой по работе. Потом на свет божий появился антикварный самовар, несколько сортов варенья, какие-то пончики и плюшки… мисс Келлет пробовала серебреной ложечкой варенье, причмокивала языком, качала головой и, улыбаясь и округляя глаза, тарахтела без перерыва. Она говорила на испанском, но отлично персонифицированный кулон-переводчик великолепно дублировал её интонации. Вскоре Кудринка и Волк были подробно осведомлены о погоде на Кубе, о том, какие соседи проживают в радиусе десяти миль вокруг дома мисс Келлет на северном побережье вышеупомянутой Кубы и ещё о массе других, не менее интересных вещах. Потом разговор пошёл об особняке, – старушка сама о нём заговорила. Сказала, что оформила документы о наследстве (немного всплакнула по Майку) и неожиданно заявила, что решила подарить особняк Сергею. Кудринка был просто ошарашен, Волк тоже выглядел смущённым; стал, было, отказываться, хотя вынужден был признаться, что особняк ему понравился, и он хотел его купить. Мисс Келлет возражения не приняла, заявив, что Майк не стал бы поселять у себя человека недостойного… её, неожиданно для себя поддержал начавший приходить в себя Кудринка, действующий скорее по интуиции. Таким образом, вопрос был решён.
Мисс Келлет пошла собрать кое-какие вещи на память. Пётр задумчиво смотрел ей вслед, – он так и не понял, насколько внучка Бонзая осведомлена о том, кто такой Сергей. Она называла его… Серёженькой! Хотя было ясно, что она не очень интересовалась миром за пределами своих родственников и соседей – даже Кудринку, кажется, не узнала, хотя они были знакомы, да и в новостях он часто мелькал.
Обход особняка мисс Келлет завершила довольно быстро, – Сергей и Пётр едва успели обменяться двумя-тремя фразами, когда она появилась, держа в руках средних размеров сумку и меч из кабинета Тора. Лицо её стало очень серьёзным, даже торжественным. Она стала, вдруг, очень похожа на своего деда. Мужчины непроизвольно встали.
- Этому мечу много лет. Он появился у моего деда, когда меня ещё на свете не было. – Она оторвала взгляд от серебреной чеканки ножен и, глядя прямо в глаза Волку, продолжила неожиданно звонким голосом. – Он много раз говорил мне, что когда-нибудь встретит человека, достойного этого оружия… он не успел, и это делаю я.
Волк молча принял меч. Пётр заметил, что он слегка вздрогнул, дотронувшись до оружия. Всё это было уже ни на что не похоже. В других обстоятельствах он, наверное, давно уже расхохотался бы, – события напоминали плохую мелодраму, но здесь…
Кудринке понадобилось немного времени, чтобы оказаться в своём блок-модуле. Он вызвал на связь Татьяну и в последний момент продублировал вызов Кристине. Рассказывая о деталях своего похода, он заметил, что они по-разному отреагировали на его рассказ: если по лицу Татьяны было нельзя ничего прочитать, то Крис явно сдерживала эмоции.
«Ей, видимо, не нравиться, что о Сергее говорят, как о бездушном объекте исследований, но тут уж ничего не поделаешь, – нужно настраиваться на деловой лад. Может я её всё же зря подключил? Впрочем, – дело сделано».
- Хорошо, если коротко, то какие ваши выводы? Татьяна, начнём с тебя, если не против.
- То, что произошло – вполне нормально. Ты же сам говорил, что Волк будет искать людей, строить свой мир. Так почему бы не появиться в этом мире близких тех, кого он уже знал.
- Кристина, ты согласна?
- Да. Могу только дополнить. Сергей рано потерял родителей. Поэтому родственные связи или что-то близкое к ним ему были необходимы в любом случае. Надеюсь, что мисс Келлет трогать никто не будет?
- Разумеется.
Итак. Выводы, которые сделали женщины, были на редкость схожими. Ещё через некоторое время разрешилась ещё одна загадка. Оказывается, хитрющий Волк, заблокировав секретаря, оставил всё-таки лазейку для родственников Бонзая. Кудринка был раздосадован, – нужно было сразу сообразить, – ведь пришелец жил в чужом доме! Мало того, выяснилось, что Сергей сам дважды выходил на связь с мисс Келлет. О чём они говорили, – неизвестно. Волк, вероятно, рассказал ей всё. Тогда становиться понятным её поведение, – у неё своих детей не было, и пришелец занял эту нишу. Он сам был одинок! Вот это уже – хорошо. Вот это уже – маленькая победа, точнее – маленькая удача.
«Что ж, придётся учесть и этот фактор»! – Подумал Кудринка, удивляясь, чему он, собственно, радуется?
Глава 29
Сергей с досадой покосился в правый угол панели, из которого доносилось занудное бормотанье инструктора. К сожалению, машина была учебная, и этого парня отключить было просто невозможно.
«Хорошо ещё, что этот отделывается увещеваниями и ещё ни разу не лишил управления».
Скор под управлением Сергея вот уже минут сорок выделывал в тренировочной зоне фигуры высшего пилотажа. Вообще-то с вестибулярным аппаратом у Волка было всё в порядке, но на этот раз он явно переборщил, доведя самого себя чуть не до полуобморочного состояния. Причиной была непомерная радость по поводу состоявшегося, наконец, довольно сложного элемента. Долго-долго он не то чтобы не получался, а получался не совсем так. И вот сегодня он почувствовал то самое, про что читал в книгах, – машина стала его продолжением. Он, вдруг почувствовал, как тугой воздух обтекает полированный корпус! Он просто купается в небе!
«Боже! Если бы ещё инструктор не гудел!»
Волк сообщил об окончании программы, получил добро на посадку, номер линии. Он обречено вздохнул, выровнял аппарат и направил его к стоянке. Машина шла плавно, мягко; Сергею показалось, – устало. На стоянке первая линия была уже забита, третья только начиналась, – там было всего три машины, а вот во второй в ряду был разрыв, – одиннадцатая площадка была пуста. К ней, к одиннадцатой, неспешно полз чей-то скор. По медленному, неуверенному движению было понятно, – водитель едва ли не первый день за штурвалом. Решение пришло само собой. Хулиганство, конечно, но искушение было слишком велико. Чтобы было всё совсем уж по-настоящему, Сергей добавил газа… такой способ посадки использовали обычно военные пилоты и называли его экстренным. Или, в просторечии, просто – «сапог».
- Сергей, прекрати! Нет… не… – инструктор, видимо понял, что ученика уговаривать бесполезно и замолчал.
Машина стала чётко на три точки! Сергею захотелось заорать, а ещё лучше, – выскочить из машины и что-нибудь сплясать, – экзотическое, но он выбрался, не спеша. Потом медленно снял шлем и вразвалочку пошёл в раздевалку. Разнос ему, конечно, обеспечен, но он будет последним, – здесь больше делать нечего!
- Слушай, камикадзе! В следующий раз я лишу тебя управления.
- Следующего раза не будет, мастер, – Сергей небрежно отмахнулся от кассеты с записью полёта.
- К тебе пришли…
Фраза была явно лишней, – Волк, как вошёл, смотрел только на Берна и Васю. Все трое улыбались.
- Где Вил? – спросил Сергей, обмениваясь рукопожатиями с гостями.
- Руководит НОК-центром.
- А ты?