Оказалось - это дочь одного очень богатого графа, которой отец позволял всё. Через несколько минут эта молодая леди усвоила, что плевать я хотел на титул и богатство её отца, здесь я царь, а она моя подданная. Девушка стояла опустив голову с пунцовыми щеками, я ощутил, что она имела неслабые способности к магии земли, закончив её отчитывать я сказал:
- Сейчас вы пойдёте в канцелярию и скажете, что вы допускаетесь к вступительным экзаменам. И если вы не запомнили чему я вас сегодня учил, следующий урок я закреплю поркой, вам всё понятно?
- Да, господин архимаг, - сказала она.
- Тогда ступайте.
Она быстро сделала книксен и выскочила за дверь.
Когда я приехал домой, на меня напустился Рован:
- Весь город уже знает, что ты примешь вызов любого воина. За право сразиться с белым бароном, победителем Квариты чуть ли не дерутся. Уже записалось пятнадцать лучших воинов из них семь атмерцев, парочка дварфов и люди. Распорядитель боёв сказал, что всего будет двадцать поединьщиков, ты в своём уме Ал? Когда ты последний раз тренировался? Незамедлительно отпрашивайся в академии, твои поединки пройдут на третий день турнира, и до этого дня у нас есть время подтянуть твой уровень, и хватит ходить в этом костюме, с завтрашнего дня - только броня, уже отвык наверное.
Я аж опешил от такого напора, мои жёны лишь довольно кивали, и что-то мне подсказывало, что это они настрополили Рована.
Я действительно отпросился у Аквидия и мои дни заполнили сплошные тренировки, когда у меня заканчивались физические силы, Рована сменял граф, уча меня сдерживать внутреннего зверя. Как только я немного восстанавливал свои силы, Рован опять брал меня в оборот. Первые два дня было очень тяжело, я действительно отвык от брони, но вскоре мышцы всё вспомнили и наши тренировочные поединки выматывали не только меня одного, но Рован гонял меня заставляя бегать, прыгать и кувыркаться до тех пор, пока я не начинал шататься от усталости, как пьяный. Когда начался турнир, мы уже не могли использовать городскую арену и последний день для тренировок я провел на арене в академии. На второй день турнира я отдыхал.
Утром третьего дня, перед завтраком Фитла сообщила, что они будут смотреть за моими поединками, распорядитель турнира сразу же организовал лучшие места для жён и друзей белого барона. Сам Махсуталиф с дядей и братом будут в королевской ложе.
Ещё не было десяти, а я уже стоял посреди знакомой арены, что-то меня дернуло и я поклонившись королю громогласно произнёс:
- Идущие на смерть приветствуют тебя.
Если бы я знал, что за эту идиотскую шуточку мои супруги мне несколько дней будут выносить мозг, я бы заклеил себе рот, но на тот момент мне это показалось весьма забавным.
Распорядитель обьявил о начале поединков.
Я выбрал тяжёлый боевой посох. Первые пять поединков пролетели незаметно, воины сражались отлично, но выстоять не сумели.
Немного сложнее было сражаться с атмерами, они двигались значительно быстрее людей. Один из боёв мне доставил просто огромное удовольствие, я сражался с полной отдачей, воин атмер, тоже с боевым посохом, был гибок и быстр как змея, он действительно был превосходный мастер, наши посохи мелькали, смазываясь в пятно, но в моём арсенале были приёмы, о которых в этом мире знал лишь Рован. Через пять минут боя, воин пропустил удар, сломавший ему руку, и выронил посох, признав поражение. Я быстро подбежал и исцелил его, поблагодарив за прекрасный поединок. Тот удивлённо пошевелил целой рукой и поклонился мне.
Трудности у меня начались на последней пятёрке, не сомневаюсь Махсуталиф заплатил, чтобы самые сильные воины сражались со мною в конце, когда я устану и растрачу силы. Раны на мне заживали мгновенно, стоило призвать гидру, в основном это были порезы лица и многочисленные ушибы. Броня сделанная Барном спасала меня неоднократно, но усталость брала своё и я чаще стал пропускать удары.
Пришлось попросить у распорядителя небольшой перерыв, попить воды и немного отдохнуть.
Тут с арены закричал какой-то зритель:
- Барон, почему ты бьёшься палкой, а не тем оружием, которым сразил Квариту?
Трибуны притихли, ожидая моего ответа.
- Просто я не хочу никого убивать, - ответил я.
- Но тогда они убьют тебя, - крикнул уже другой человек.
- Ну это мы ещё посмотрим, а если и так, то такова воля Создателя, и кто я такой, чтобы противиться ей.
Когда я дошел до последнего боя, то попросил очередной перерыв, я был один сплошной синяк, два последних боя со мной сражались воины, которые сопровождали Махсуталифа, когда он приходил к нам, думаю это была личная охрана правителя.