Мы ждали подхода основных войск, а чтобы не маяться от безделья я продолжил совершенствовать укрепление: сделал стену в три раза толще, смонтировал зубцы, за которыми смогут прятаться лучники, ступени сделал пошире и поудобнее, даже сделал по краям стены в скале с каждой стороны две ниши, в которых так же могли находится лучники и вести обстрел с флангов. Также внизу, в стене ущелья, из-за того, что я брал из неё материал для всех строительных операций, образовалась приличных размеров пещера, в ней спокойно могли разместится до пятидесяти воинов, немного потрудившись я обустроил в ней дополнительные помещения для складов провизии. Пещера будет прекрасно служить как укрытие от дождя и снега.
Когда я закончил и с удовлетворением смотрел на результат, подошли мои жёны и Ти сказала:
- Твой сын - твоя копия, Одвик точно с таким же выражением лица смотрел на пирамидку из кубиков, которую ему удалось построить. Эля прыснула.
- Если честно, твоя работа просто восхищает, за три дня ты один построил укрепление, в котором можно удержать наступление целой армии, - сказала Эля, закрепив свои слова поцелуем.
Через три дня появился третий легион, Аблий только крякнул и вытаращив глаза разглядывал укрепления, я провёл для него небольшую экскурсию. Генерал был просто в восторге. А когда я рассказал о недавней встрече с капитаном Глабием, лицо его расплылось в широкой улыбке, он радостно сказал:
- Я помню этого воина, очень грамотный и толковый, ему давно пора командовать легионом, он из двенадцатого легиона, там действительно почти одни ветераны, не сомневаюсь, что они придут к вам в полном составе. Для этих ребят честь и имя не пустой звук, если в армии Хванлона узнают, что двенадцатый легион перешёл на вашу сторону - подобных случаев станет намного больше.
Через день зазвучал рожок, поднявшись на стену мы увидели двенадцатый легион, двигающийся к нашим укреплениям, четкий строй воинов со всеми штандартами остановился у входа в ущелье, командиры и несколько офицеров отправились к воротам, на их лицах читалось удивление. Мои бойцы откатили камень, давая проехать офицерам, среди которых был и Глабий.
Воины спешились и поклонились. Мы пригласили их в лагерь. Аблий и командир двенадцатого легиона обнялись, как оказалось, они были старыми друзьями. Мы беседовали около часа, все были в восторге от укрепления, в итоге командный состав легиона принес присягу, а я, что бы они не забывали о ней, нанёс каждому из них изображение своего герба на руку. После чего двенадцатый легион прошёл через укрепление, немного позже мы сформировали отряд для охраны ущелья, решили, что тридцать бойцов и два десятка лучников хватит с лихвой, оставив бойцам предостаточно провизии и пообещав через месяца полтора прислать им смену, мы отправились в Даног.
Через две с половиной недели мы подошли к главному городу провинции, его сдали без боя, несколько дней я потратил на смену руководства города, пришлось сделать несколько замен и несколько десятков человек казнить. Я уже было собирался отправиться со своим отрядом в Гли и поручить легионам провести зачистку провинции от разбойников и отрядов Хванлона, места расположения которых я знал, благодаря центру управления, но мои жёны уговорили меня продолжить путь и побывать во всех поселениях провинций. Легионы стали выполнять зачистку, двигались они по оставленным мной координатам, а мы с отрядом проложили свой путь от поселения к поселению.
Периодически я наведывался в Гли, один день в нём я потратил на проращивание и укрепление новых посевов, Вайя мне помогала, но когда она практически лишилась сил, я её отправил домой. Фактически всю работу я сделал сам, совсем позабыл, какая пропасть теперь отделяла меня от обычных магов. Поля, посевам которых я помог, теперь выглядели даже лучше чем те, которые садили месяцем раньше поселенцы, щётка высоких зелёных побегов радовала глаз.
В следующее моё посещение Гли меня ждал сюрприз - делегация из провинции Угдан, мэры двух городов и старосты трёх поселений просили взять их провинцию под моё покровительство. Я пообещал в ближайшее время посетить их поселения, но сразу предупредил, что за преступления караю очень жестоко. В ответ я услышал, что они и хотят этого, поскольку от разбойников и сборщиков налогов Хванлона в провинции совсем не стало житья.