Я опустила голову, спрятав глаза за черными слипшимися от крови прядями. Не считала себя виноватой, но… Бездна, с Одри вышло действительно скверно.
— Ты, Хелла, за счет своей природы безусловно сильнее фамильяра-человека, тебе подвластно куда больше, чем любому из человеческих слуг вампиров. Но все это разбивается о тот факт, что ты игнорируешь приказы. Из-за этого тебе, как фамильяру, грош цена. Из-за этого лучше не иметь такого слугу, чем иметь.
Я вскинулась и обожглась о взгляд Адриана. Его пальцы впились в ткань, ногти ушли в свежие дыры, скрипнув о скрытое под чехлом дерево.
— Ты хочешь прогнать меня? — хрипло спросила я.
— Негласная цена подобного неповиновения — смерть, — вкрадчиво проговорил он. — Но ты не человек, а я — не рьяный сторонник традиций, тем более, убить тебя мне весьма затруднительно.
— Это единственная причина? — моя улыбка, должно быть, напоминала оскал.
— Это достаточно веская причина.
Повисла гнетущая тишина. Я кипела, и почти чувствовала аромат дымящегося подо мной паркета.
— Но я не в тех обстоятельствах, чтобы вопреки здравому смыслу раскидываться своими подчиненными, — более мягко продолжил Адриан. — Если ты хочешь продления нашего договора, то тебе придется, наконец, принять правила. Ты должна поклясться, что больше никогда не ослушаешься меня. В противном случае ты вольна уйти куда тебе заблагорассудиться.
Стиснула зубы, но укротила бушующее внутри пламя.
Правила известны. Он — хозяин, я — слуга. Когда ввязываешься в это, кажется, что ради некой цели подчиняться несложно. Ночь Совета, приведшая в катакомбы, вроде бы тронула лед и достаточно сблизила нас, чтобы дать мне право голоса, но то было лишь миражом, иллюзией, некой игрой, в которую мы до поры, до времени продолжали играть.
Он — хозяин, я — слуга. Все просто, как я вообще могла забыть о сути столь очевидной истины.
— Клянусь, что больше не ослушаюсь твоего приказа, — медленно сказала я.
— Так не пойдет. Поклянись Матерью.
Я вздрогнула. Общение со мной у хозяина, к сожалению, не прошло бесследно.
— Клянусь в этом Матерью, — я резко выпрямилась.
Сорвавшиеся слова обожгли губы огнем, но я не показала боли. Очередная клятва захлестнула невидимыми путами, и я почувствовала себя букашкой, запутавшейся в липкой паутине. Глупой, мало что осознающей букашкой.
Адриан кивнул, принимая клятву.
Я почти ненавидела его. И ненавидела себя за то, что довела до подобного.
Что вообще заставило меня не воспользоваться последним моментом и не сбежать, едва появилась Орайа? Что продолжает удерживать меня рядом с Адрианом? Почему я сейчас не развернулась и не ушла, гордо хлопнув дверью, ведь в моих руках уже есть ниточка, ведущая к Старейшему? Единственный ответ на эти вопросы, тлеющий на грани сознания еще больше выворачивал нутро.
Нужно помнить. Он — хозяин, я — слуга.
Пожалуй, эта фраза теперь должна стать для меня чем-то вроде ежедневной молитвы.
Подвал представлялся мне холодным промозглым местом, полностью соотносящимся с пустым безжизненным домом в викторианском стиле. Я бы уже не удивилась бы банальностям в виде голой каменной кладки и парочки гробов, но вместо этого толстый люк привел нас в уютную комнату, мягко освещенную желтоватыми лампами, встроенными в стену.
Прежний хозяин дома не стал мелочиться, и построил себе полноценный бункер с отоплением, освещением и прочими радостями жизни в роде вполне приличного санузла.
По жеребьевке, прошедшей до моего прихода, мне выпало спать на диване в общем зале. Перед тем, как уйти в одну из комнат, Адриан кинул на журнальный столик стопку потрепанных дорожных карт.
— Здесь отмечены все возможные безопасные ночлежки. Их немного. Днем поразмысли о наилучшем для нас маршруте. Конечная цель — красный жирный крест.
— Значит, Песчаный храм… — я потянулась к верхней карте с самым мелким масштабом.
Это название ничего бы не сказало смертным. Некогда — место паломничества Древних, теперь — этакое культурное наследие, за сохранностью которого присматривает местный бессмертный привратник. Старый храм ушедших богов. Главной проблемой было то, что он, естественно, находился на совершенно другом материке. Вампиры пришли в Новый свет вместе с европейцами не так давно по меркам живых мертвых.