– Триста долларов, – неожиданно выпалил молоденький программист Виктор Елизаров.
– Рискуешь, придурок, – зашипели на него менеджеры. Видишь, на неё шеф глаз положил. Вылететь захотел!
– Один раз живём. Гулять, так гулять!
– Продано, – дурачась, заорал тамада, – ваш танец, принц.
Виктор был в ударе. Танцевал он великолепно, был красноречив, обворожителен, весел.
Настроение Анжелики моментально подскочило на несколько десятков градусов.
Юноше легко удалось уговорить королеву выпить. Самую малость – один бокал шампанского с юркими пузырьками, после чего мир перевернулся и заиграл волшебными красками.
После первого танца был второй, потом третий.
Захмелевшая, она позволила партнёру немного вольности, даже сама прижалась к нему щекой.
У мальчишки была на редкость нежная кожа, как у младенца, и удивительный, с молочно-фруктовыми нотками, запах кожи и волос.
Виктор кружил её, кружил, прижимая теснее и теснее, становился желаннее, ближе.
А как божественно он целовался!
– Фея, – шептал мальчишка, – я люблю вас, люблю, люблю! Такое со мной впервые.
– Я замужем, шалунишка, – шептала Анжелика, не в силах однако сопротивляться внезапному порыву, – отвези меня домой, пожалуйста. У меня голова кружится. Так хорошо мне ещё никогда не было.
– Конечно, домой, принцесса, куда же ещё…
Они долго куда-то ехали, потом земля ушла из-под ног.
Женщина обрывками помнила, как кто-то щедро намыливал её податливое тело, уплывающее в зыбкую, полную таинственного очарования даль, как удивительно приятно ласкал скользящими, до ужаса приятными, проникающими повсюду движениями.
Она куда-то рвалась, чего-то особенного хотела, требовала, то проваливаясь в блаженную нирвану, то на мгновение приходя в себя, не понимая, где, с кем, как сюда попала.
Анжелика принимала происходящее за полный бесстыдства эротический сон, кричала в азарте восторженно-лихорадочного возбуждения, требовала немедленно сделать ребёнка.
Галлюцинация продолжалась целую вечность. Анжелика легко позволяла призрачному партнёру такое, на что никогда бы ни за что не решилась в реальности.
Ей было настолько хорошо во сне, так приятно и радостно, что фантазиям не было предела.
– Хочу вот так, – визжала она в приступе мистического экстаза, сливаясь с принцем из сказки.
– Теперь я сверху, я, я! Обещай, что приснишься ещё, когда позову.
– Оставайся навеки, любимая, – шептал чародей искусчитель.
“Почему Серёжка так не умеет, не делает”, – смутно мелькало в сознании, – “нужно будет попросить, научить”, – и тут же пугалась своих мыслей.
“С кем же я сейчас, с кем”, – но, не успев вникнуть в суть запутанных ассоциаций, вновь и вновь проваливалась в агонию сладостной эйфории, трепетно мучаясь очередным приступом судорожно приятных конвульсий, замирая от избытка эмоций в немыслимом восторге. Каждая клеточка тела сходила с ума от мощности наслаждения.
Потом свет погас. Анжелика куда-то падала. Несмотря на глубину пропасти, ей совсем не было страшно. Напротив – она была беспредельно счастлива.
С трудом разлепив отяжелевшие веки, Анжелика обнаружила себя в маленькой спаленке на узкой солдатской кровати в обнимку с мальчишкой-компьютерщиком.
На ней не было ничего. Совсем ничего.
Воздух был насквозь пропитан запахом разврата, смятое платье валялось под кроватью.
Женщина почти до крови прикусила ладонь и тихо, но пронзительно, беспомощно, жалко завыла.
Зловещее утро безжалостно врывалось в грязные окна без занавесок.
На немыслимо запущенном полу валялось дорогущее белоснежное нижнее бельё, которое было куплено специально для ритуала зачатия.
В памяти обрывками всплывали эпизоды вчерашней вечеринки. Щёки и что-то внутри горело огнём, голова раскалывалась на тысячи острых кусочков.
Анжелика попыталась бесшумно встать, но панцирная кровать скрипела как ненормальная.
Одежда требовала как минимум химчистки: мятое платье, вымазанные непонятно в чём трусики. Долго не удавалось найти вторую туфельку.
Женщина умылась, причесалась, как сумела, но внешний вид её был удручающим, ужасным.
В сумочке, кроме того, чему там быть положено, лежала тысяча долларов, сорок тысяч пятитысячными купюрами, две упаковки французских духов, сувениры, мягкие игрушки с гениталиями, пачка презервативов, вид которых натолкнул на мысль – был ли секс с юнцом защищённым!