– Нет, не знала я ничего, – подтверждаю, поглаживая котенка.
– А второй котенок на обряде – вообще невиданное чудо. – Продолжил сосед-вампир, наблюдая за моей рукой, утопающей в мягкой белой шерстке.
– Скорее, неприятный сюрприз, - парирую. – Мы ведь с Сахарком умереть могли, я это чувствовала.
– Хорошо, что Советник на обряде был. Он здорово придумал, что медовое заклинание Высших Сил провести догадался. – Воодушевленно вещал Эдмон. – Золотой человек, хоть и темный.
– А я поклялась выполнить любое его желание в благодарность за спасение, – не задумываясь выпалила. Ох, глупый язык мой, словно быстрое ведьмино помело, не умею вовремя роток прикрыть. – Имею в виду деньгами расплатиться, или помочь чем-нибудь, – пыталась спасти ситуацию, но осеклась, когда посмотрела на мужчин. Они дружно ухмылялись. Небось, надумали ерунду несусветную.
Похоже, у Иппоника проснулся дар языка без костей, он затараторил:
– Сплю, стучат в окно. Думал, уж не калиманы ли порадовать спешат. А что, я мужчина в расцвете физиологических сил. Жену люблю, рад буду маленькому Иппонику с сильным характером.
– Не отвлекайтесь, любезный, – грубо перебил болтуна старик Эдмон.
– Так вот, – продолжил кучер. – Подошел к окну – а там. Высшие силы воздушного дракона! У меня волосы на голове взлетели сантиметров на пять. Представляете – за окном женщина стоит, смотрит, рукой подзывает. А этаж второй!
– Так дракон или женщина? – гулко хохотнул вампир Кислион.
– Девица беременная, с корзиной, – зыркнул на него Иппоник. – Словно в воздухе зависла. И улыбается. Пришлось открыть окно, впустить ее. Затребовала, мол, отведи срочно к Августе. Да таким голосом, что не решился перечить.
–Да вы дамский угодник, – опять оскалил вампирские зубы Эдмон.
Ответить кучер не успел, мы услышали женский стон в коридоре. Надрывно замяукал Сахарок. Втроем бросились на громкие звуки и увидели за дверью недавнюю гостью. Она придерживалась за косяк двери, перекинув через правую руку тонкий плащ невидимости из материала, напоминающего прозрачные крылья стрекозы. Когда увидела нас, выпалила:
– Похоже, рожаю. Прошу, не сообщайте никуда. В розыске я.
Да выстрелы из новейшего лазерного настрельника не так сердце ранят, как такие слова. И буднично, уверено говорит. Словно каждый день по утрам рожает в гостиницах, рядом с чужими номерами. А все соглашаются не выдавать нарушительницу закона.
Раздумывать времени не было, в следующую минуту девушка закрыла глаза и начала оседать. Ее вовремя подхватил дед Эдмон, занес в спальню и уложил на мою кровать. Шустрый мой брумский сосед, сильный, хоть и старик.
Принимать роды мне не довелось, Эдмон отправил нас с Иппоником на поздний завтрак и заявил:
– К двенадцати возвращайтесь сюда. Думаю, к этому времени Эллая родит. Августа, с родными связаться не забудь, мама и папа волнуются. Да и Микос тоже. За Сахарка не волнуйся, он здесь останется, поможет, если надо будет.
Вампир Кислион выпроводил нас из номера, моего, между прочим. И захлопнул дверь перед нашими растерянными лицами. Бесцеремонненько. И откуда ему известно имя девушки? И как мой фамильяр может на родах помочь? Одни загадки. И сосед мой брумский, тот еще загадочный тип.
Кушали мы с эльфом Иппоником молча. Вчера наслаждались ужином, а теперь я даже не помнила, что заказали. Наверное, вкусно было. Не знаю, не обратила внимание. Когда прошло почти три часа, вернулись в апартаменты. Постучали, Эдмон открыл. Прошли в спальню
Постели василькового цвета на кровати не было. И беременной Эллаи тоже. И Сахарка. Там вообще ничего и никого не было, кроме белой простыни и подушки.
– Что вы сделали с бедной девушкой? – От шока я выпучила глаза, схватила одиноко лежащую на ложе подушку и принялась колотить Эдмона, который спокойно шел сзади. Я не знаю, что сделаю с этим вампиром. Убийца, негодяй, убью. Меня ничего не остановит!
– Гута, последствия удара еще не прошли, или как? – смеется вампир.
Детский плач? Он доносился из кухни. Бегу туда. За столом сидит беременная гостья, кушает. Красивая, худенькая, Нет, не бывает беременных женщин с таким плоским животом. Замечаю хорошо знакомую корзину. В ней кто-то копошится. Малышата! Роды закончились, так быстро.