Они бродили под тентами, как два счастливых беглеца от непогоды. Адам попытался выиграть для нее плюшевую рыбу в тире, но из-за влажности дротики летели непредсказуемо. Ивелли, к его изумлению, подошла к стенду с кольцебросом и с трех попыток, с сосредоточенным видом, набросила кольцо на нужную колоду, выиграв уродливого, но очень милого вязаного осьминога.
— Ты где этому научилась? — удивленно спросил Адам, принимая подарок.
—В детстве, в летнем лагере, — таинственно ответила она, поправляя мокрого осьминога на руке.
Они слушали, как под барабанную дробь дождя по крыше музыканты играли блюз, ели обжигающие пирожки с вишней и смеялись, глядя, как дети пускают кораблики по образующимся ручейкам. В этой дождливой крепости они были просто парой, такой же, как все вокруг.
Потом Адам нашел старомодную фотобудку в самом сухом углу площади.
—На память о великом потопе, — сказал он, увлекая ее за собой за занавеску.
В тесном пространстве пахло пылью, мокрым фетром и их влажными куртками. Они втиснулись на сиденье, их холодные щеки соприкоснулись. На экране замигали цифры обратного отсчета. На первой фотографии они оба смотрят в объектив с преувеличенно грустными лицами, изображая уныние. На второй — Адам изображает, что сушит волосы. На третьей — Ивелли не выдерживает и смеется, а он в этот момент целует ее в мокрый висок. На четвертой — они оба смеются, глядя друг на друга, их лица сияют счастьем, контрастируя с хмурой погодой за пределами будки.
Полоска с четырьмя снимками выпала из автомата. Адам бережно, чтобы не намочить, спрятал ее во внутренний карман куртки.
— Теперь это наша самая ценная картина, — заявил он. — Настоящее искусство рождается в ливень.
—Дороже твоих портретов на заказ? — пошутила она, стряхивая каплю с кончика носа.
—Несомненно.
Когда стало окончательно темнеть, а дождь не думал утихать, они, промокшие, довольные и согретые изнутри, побрели назад к машине. Ивелли несла своего вязаного осьминога, а Адам — половинку недоеденного яблочного пирога.
Садись в «Бэтмобиль», Ивелли посмотрела на освещенные окна амбаров, за которыми продолжался праздник, несмотря на непогоду.
— Это был прекрасный день, — тихо сказала она, с наслаждением ощущая сухое тепло в салоне.
—Самый что ни на есть дождливый и самый что ни на есть идеальный, — поправил он, заводя мотор. — Таких теперь будет много. Обещаю.
Глава 50. Палатка
«Лесная Гавань» встретила их влажной, пряной прохладой, пахнущей мокрой хвоей и сырой землей. Дождь прекратился, оставив после себя бриллиантовые капли на иголках сосен и размытые лужи на дорожках. Домики-бочки, расставленные среди деревьев, выглядели довольно мило, но Адам, изучив их, покачал головой.
— Слишком цивилизованно, — заявил он, указывая на рюкзак с палаткой в багажнике. — Раз уж мы в кемпинге, давай по-настоящему. Разобьем лагерь.
Ивелли, у которой опыт общения с природой заканчивался на пикнике с идеально упакованной корзиной, скептически взглянула на компактный сверток.
— Ты уверен, что там внутри вообще что-то есть, а не просто цветной болон?
— Уверен, — он вытащил палатку и разложил на расчищенной площадке. — Вот, архитектор, твой чертеж. — Он протянул ей листок с инструкцией, испещренный загадочными пиктограммами и стрелочками. — Читай, а я — исполню.
Ивелли с важным видом принялась изучать схему. Через пять минут ее лицо выражало полное недоумение.
— Так... эта палочка с пружинкой... она должна проходить через эту... петлю? Или это та самая петля, что нарисована здесь, пунктиром? — Она повернула листок, пытаясь понять его логику.
Адам, наблюдавший за ее мучениями, не выдержал и фыркнул. Потом рассмеялся, все громче и заразительнее.
— Знаешь, — проговорил он, вытирая мнимую слезу. — Я всегда думал, что чтение чертежей — это твоя сверхспособность. А тут простейшая инструкция...
Ивелли надула губы, изображая обиду, и шутливо ударила его кулаком по плечу.
— Молчи, варвар! Это не чертеж, это ребус, составленный садистом!
Она сделала шаг, чтобы ударить его еще раз, но забыла про скользкую после дождя землю. Нога ее поехала по мокрой траве, и с коротким вскриком «А-а-а!» она начала падать вперед.
Адам инстинктивно шагнул навстречу, чтобы подхватить ее, но не рассчитал. Вместо того чтобы упасть в его объятия, Ивелли, пытаясь сохранить равновесие, неуклюже рванулась вперед и с размаху ткнулась лицом... прямо в его пах.