Перед глазами словно нависла странная пелена, полностью белая. Она была такой тягучей и неприятной, ничем не отличимой по ощущениям от темноты. И он медленно проваливался в эту пелену, пока предметы и лица вокруг полностью не исчезли, слитые воедино.
Снежная поляна и раскидистый лес с высокими соснами и ёлками манил к себе своей таинственностью и загадкой. Кое-где виделись прогалинки ранней весны, но природа ещё сохраняла богатое зимнее убранство, царившее вокруг.
Чудное место. Можно было бы даже насладиться им. Воздух свежий, морозный, влажный.
И почему он прежде не замечал, как прекрасен может быть окружающий мир?
В этот раз никакой неведомой силы он не ощущал. Всё было тихо, и в действительности напоминало сон. Белесая дымка, мешающая разглядеть предметы, была не в счёт. По сравнению с другими кошмарами, это был достаточно приятный сон.
Издалека послышались странные хлёсткие удары, затем нечто, напоминавшее выстрел. Очевидно слух к нему не вернулся, иначе он бы явственнее услышал пистолетную стрельбу.
Он осмотрелся вокруг, крутанувшись по оси, и загнулся от резко закружившейся головы. Его мутило, а внутренности выворачивало. Голова всё такая же тяжёлая и неподъёмная тянула к мокрой, грязной земле, которую он протоптал сапогами. И как мерзко было смотреть на подтаявшие прогалинки с комками грязи, он ощущал себя так же отвратительно.
Через силу поднявшись, он вдруг увидел покошенное строение, стоящее близ леса. Совсем себе не приличный домишко, а скорее деревянный барак, сквозь толстые щели которого проходил ледяной ветер уходящей зимы.
Он мог бы поклясться, что изначально этого строения не было. А ещё, едва увидев барак, неведомая сила, словно острым крючком подцепив его за рёбра, как рыбу на удочке потащила к этому зданию.
Он остановился у стены, явственно ощущая запах подгнивших, влажных досок, а принюхавшись, он ощутил ещё и примешавшийся солоноато-металлический запах, от которого его едва не вывернуло наизнанку.
Внутри всё вздыбилось в неприятии и неверии к происходящему. Всё опять было не так, как быть должно.
Если бы он только мог проснуться от этого адского наваждения... Если бы он только мог избавиться от этого дьявольского кошмара...
Он коснулся руками шершавой стенки, и приподнявшись на носки, заглянул в широкую щель между досками. Мысль, что можно обойти барак и войти в него через дверь показалась ему чересчур сложной. Ему было тяжело двигаться сейчас, когда всё сжалось в преддверии нового испытания.
Барак был почти пустым. Никаких вещей в нём не было, а через прохудившуюся крышу проникало достаточно света от свинцово-серого неба, чтобы можно было рассмотреть, что там происходит.
Он тяжело дышал, скользя взглядом по помещению, и вдруг затаился, заметив статную фигуру молодого человека, сидевшего в углу барака. Внешне парень был довольно красивым, несмотря на грязное лицо, подбитый висок и кровавый подтёк у кончика губ, и очень молодым, ещё вчерашним подростком, но держался строго и смиренно. Парень держал руки на коленях и смотрел в одну точку перед собой. В глазах молодого человека отражалось то же чувство, что в глазах мальчика из квартиры и девочки из хатки. Какое-то до рвущего изнутри чувство абсолютной неправильности и абсурда.
Увидев его, этого юношу в углу холодного барака, он захотел закричать, что есть мочи, так как не мог спокойно смотреть на этого человека, на его спокойное принятие своей судьбы.
Да что за чертовщина здесь происходит? К чему этот сон? К чему?
Вдруг из угла барака отделилась чёрная фигура, бесшумно и неспешно прошлась до юноши, и остановилась рядом с ним. Она присела на деревянный пол, поджав ноги под себя, и обратилась к нему ласково и нежно, успокаивающе:
- Wiem, że cierpisz,- прошептала она, склонившись к парню,- Chodź ze mną, a już nigdy nie poczujesz bólu.[7]
Он ненавидел этот язык, хотя абсолютно не знал его, но опять же, как и в случае с девочкой в хатке, разобрал каждое сказанное чёрной фигурой слово.
Юноша дёрнулся от слов тени, и поднял на неё более осознанный взгляд. Невыносимая скорбь отразилась в его глазах, и страшная мука. Молодой человек тяжело сглотнул и через силу обречённо кивнул тени.