Дед долго возился, заметно утомившись, но все-таки наладил свой аппарат. Стерев пот со лба, он сел на землю, прислонившись спиной к колесу и достал из-за пазухи трубку. Финист сглотнул слюну, почувствовав острое желание закурить. Вредная привычка, она по тому и вредная, что избавиться от нее не так просто. Похлопав себя по карманам, старик с досадой сплюнул и, убирая трубку в карман, выругался:
— Вось башка дзиравая!
Раздосадованный отсутствием огня, старик ухватился за колесо и встал. Финист наблюдал как дед с огромным напряжением дряхлого тела толкает свободный конец трубы к пруду, при этом очерчивая им дугу по сухой траве, ведь не смотря на гибкость она не сгибалась как привычный Финисту резиновый шланг. Действие было скучным и долгим, у Финиста затекли ноги, так как сидел он все это время на корточках. Он вытянул одну ногу, или вернее сказать лапу, в строну и случайно хрустнул сухой веточкой. Лошадь встрепенулась и дернулась назад. Втягивая воздух могучими ноздрями, конь заложил уши назад и встал на дыбы. Телега затрещала, а дед в растерянности стоял, выронив трубу у самого берега.
— Стой, Ветрык! — крикнул он коню, но тот не унимался, брыкаясь и испуганно смотря в сорону Финиста, — Што ты там убачий? Ци як гаспадар зусим сляпы стай и кожнага шоргату палохаешся?
Из речи деда Финист сделал выводы, что язык у него похож на белорусский и дед слепой. Хоть не все ему понятно было, но суть разобрал. Решившись проверить свою догадку, Финист привстал. Конь еще сильнее занервничал и попятился назад. Дед не рискнул к нему подходить, лишь издали отпускал ругательства, изредка оборачиваясь в сторону Финиста, но явно не замечая его. И только когда Финист встал в полный рост, дед его заприметил и выкрикнул:
— Гэй халера, хто там хаваеца ды каня мне палохае? Ану выходзь, ато зашыбу!
— Простите. — ответил Финист, поняв, что просчитался, предположив, что дед совсем слепой.
— Ты чаго гэта тут шастаеш? Заблукай чтоль? — спросил старик, старательно выпрямившись и подперев бока.
— Да тише, тише. — обращался старик к коню, протягивая руку.
Конь втянул запах приближающегося гостя и пуще прежнего взбесился, продолжая пятиться назад. Телегу повело, ось заскрипела и колесо отскочило в сторону. Следом на сухую траву попадали три деревянные бочки.
— И чаго ты лютуешь? -удивилялся старик, протягивая к нему руки. — Тише, тише.
— Наверное я ему не по нраву?! — предположил Финист, уже догадываясь, что животное так на его запах реагирует. Хищник же вроде как теперь…
— Ты чо, чарвонная зайчина? — посмеялся дед.
Конь, поняв все-таки, что ему ничто не угрожает и нападать на него не собираются, успокоился. Дед погладил животину и принялся ощупывать телегу, вздыхая от досады. Оно и понятно, чинить теперь прямо тут придется, да и поклажу старик одному не погрузить.
— Што устау? Давай дапамагай! Напалохау мне скацину, — выругался дед, показывая на завалившуюся телегу.
— Сейчас, отец, всё исправлю.
Финисту труда не составило поднять колесо и докатить до телеги. А вот как его одеть теперь без домкрата? Окинув бегло взглядом округу, он заприметил пень у пруда, прямо у самого мостика. Похоже вместо стула тут был для рыбаков. Если были они тут, конечно. Он подкатив пень к телеге, потом снял лавку с нее и стал примеряться, как так все поставить, чтобы ось поднять. Перекинув лавку через пень и подсунув один край под телегу, Финист спихнул на свободный край пустую емкость. Телега приподнялась, но недостаточно. Веса тары не хватило.
— Отец, присядь сюда. Веса не хватает, телегу поднять.
— Бач ты яки ке кемпливы. — одобрительно кивнул дед и уселся на край лавки, ощупав предварительно место руками.
Телега еще немного приподнялась, но этого хватило, чтобы надеть колесо. Осталось теперь провернуть его, чтобы отверстия совпали, да кол вбить новый, чтоб не отвалилось.
— Скажи отец, ты хоть что-то видишь? — поинтересовался Финист, отесывая острыми когтями крепкий, обломанный им же, ствол молодого дерева.
— Ды так, слуэт бачу трошки. А ты адкуль таки?
— Какой? — уточнил Финист.
— Высоки. Ды кажаш дзиуна. З Альбедау што-ци? — усмехнулся дед.
— Угу. — притворился Финист, что понял о чем речь.
— Далёка ты зайшоу. Альбеды за дзиким лесам жывуць. Лисиную дзичыну хадзиу биць? — уточнил дед.
— Её самую. — ответил Финист, продолжая строгать кол.
Дед что-то болтал, задумчиво рассказывая, как давно в юности удалось ему с Альбедами поторговать. Из этого рассказа Финист понял, что старик раньше был кем-то на вроде наших купцов, колесил по миру. А сейчас вот стар и немощен, со старухой своей живет. Наладив колесо, Финист не без усилий погрузил емкость на телегу и отряхнул руки, хоть и не были они грязными. Так, привычка.