— А где все? — спросила она у него.
— Пошли к вам печь протопить. Холодает. — пояснил старик.
— Понятно. Жену кормили?
— Нет еще. Боюсь кашей кормить, вдруг подавится. — ответил Рахаз с грустью в голосе.
— Ничего, — успокоила она. — Я покормлю.
Веста растёрла несколько ложек крупы в миске и направилась в комнату к больной вместе с дочкой. Тей неуклюже забралась на постель к старушке и уставилась на неё.
— Сейчас я вас обоих покормлю. — успокоила дочку Веста. Первую ложку отправила в рот дочке, а затем приподняла голову старушке, отметила, что жара нет, и положила ей в рот маленький комочек каши. Не открывая глаз, женщина с трудом проглотила еду и поморщилась. В её состоянии трудно есть твёрдую пищу. Скормив большую часть каши дочке, Веста взяла пиалу с травяным настоем, заботливо приготовленную Рахазом и оставленную около постели жены, и напоила им старушку. Тей сидела на постели и клевала носом, потирая глазки.
— Идём спать, — сказала Веста дочке и взяла её на руки, — Утром дел много.
Попрощавшись с Рахазом, Веста отправилась в свой дом. Мальчики уже спали, а Финист подкидывал в печь дров. Тей уже спала у неё на руках, осталось лишь аккуратно уложить её на постель. Супруги с умилением оглядели спящих детей и завалились на свою постель у окна в кухне, погружённые каждый в свои мысли. Финист размышлял о поездке, а Веста прикидывала как она одна тут будет справляться. Хотелось бы перестирать всю одежду, чтобы переделать её под детей, да и самой переодеться. Так как ей после бани пришлось одевать грязный халат, а Тей давно бегает в импровизированных из тряпок подгузниках. Вода в колодце теперь есть, должно хватать на стирку, а вот мыла пара кусков для стирки осталась. Нужно спросить у Рахаза нет ли у него ещё где запасов. С такими мыслями и уснули они под звук потрескивающих в ночной тишине поленьев и мерный сап детей.
Глава 11
Утренние лучи пробивались сквозь шторы, украшенные узором в цветочек. Веста зажмурилась от солнечного света, зевнула и приподнялась. Финист тоже проснулся, но не спешил вставать с постели. Резкий звук с улицы прогнал у обоих остатки сна. Выглянув в окно, они увидели несуразную птицу, восседающую на пустой бочке посреди ограды. Размером чуть больше обычной курицы, она была пёстрого серого окраса и обладала внушительным красным гребнем на голове, свисающем на клюв.
— Что это?! — удивилась Веста, — Аналог петуха?
— Не знаю, — протяжно ответил Финист, — Вчера его здесь точно не было. Какая-то помесь курицы с индюшкой.
Они вышли на улицу и были встречены противным криком птицы. Она встрепенулась и улетела. Веста и Финист переглянулись и заглянули в бочку, обнаружив на дне крупное яйцо, примерно с ладонь размером.
— Вот это подарок! — пошутил Финист.
— Может не будем трогать? — предложила Веста.
— Хочешь хозяйство развести?
— Я и хозяйство вещь не совместимая, — честно призналась Веста, — Но вот Рахазу может пригодиться. Пусть пока яйца понесёт. Вдруг кладку парить сядет?!
— Давай Рахазу тогда расскажем о пернатой гостье сразу? Вдруг она вредная как грызун?! — Финист усмехнулся, изображая крысу.
Веста согласно кивнула. Финист пошёл в дом проверить детей, а она отправилась к Рахазу собрать вещи после стирки. Рахаз сидел на крыльце и курил.
— Доброе утро! — поприветствовала Веста, направляясь к жерди с вещами.
— Доброе, — спокойно отозвался Рахаз, — Что там у вас с утра такое было?
— Какая-то пёстрая птица прилетела и орала на бочке. Голосок у неё конечно противный и гребень огромный, да красный красный.
— Птица? — Рахаз задумался.
— Ага. — подтвердила Веста, — Ещё и яйцо снесла.
— Яйцо это хорошо, — Рахаз растянулся в улыбке и промурлыкал, — Значит скоро остальные вернутся.
— Кто? — уточнила Веста, перекидывая вещи с жерди на плечо, — Блин, не высохло!
— Другие птицы и звери. — пояснил старик, — Видать птица увидела сочную зелень и осела.
— А её приручить можно? — поинтересовалась Веста.
— Можно, — Рахаз кивнул, — Птица эта глупая и кроме поесть и размножаться ничего не знает, вот яйца каждый день несёт там где еда.
— Это же замечательно! Теперь яйца свежие будут! — обрадовалась Веста.
— Только коли кормить её не будешь, она весь огород ощипает. Летает ведь прожорливая скотина.
Докурив, Рахаз вытряхнул трубку и набил заново. В ограду вошёл Финист с Тей на руках.
— Она мокрая. — сообщил он жене и поздоровался с Рахазом.
Веста только обречённо вздохнула, снимая с Тей тряпичный подгузник. Финист даже не раздел её. Из постиранных вещей, выбрала сухой платок и обернула им Тей на манер трусиков. Девочка сгорала от нетерпения, в ожидании возможности слезть на землю и побегать, точнее поползать в её случае.