– Не мужское это дело, – возразил Финист.
– Ах не мужское! – Веста не выдержала и разбила тарелку об пол, – Ешьте тогда из грязной или одноразовую покупай! Три мужика в доме, а пользы как с козла молока!
– Чокнутая! – выкрикнул Финист.
– Это я-то?! Это ты меня такой сделал! Сыновья с тебя пример берут! После школы в телефонах зависают, как папочка! Ты вообще их воспитанием не занимаешься!
– Ага! А не ты ли за них бежишь заступаться если я их ругаю?! – возмущался Финист.
– Ругать это не воспитывать, – Веста отмахнулась от мужа.
– Так ты не так и ни этак не даешь! А потом во всех грехах обвиняешь! – не выдержав, закричал Финист.
– Я вообще не знаю зачем за тебя замуж вышла?! – выкрикнула в ответ Веста и замолкла, поняв, какую боль сейчас причинила мужу.
– Ах так?!
Финист схватил папиросы с окна и выскочил на улицу, громко хлопнув дверью. Он шел по темной улице куда глаза глядят, только лишь бы подальше от нее. Он любил жену и детей, но Веста стала не выносима. И сейчас он хотел одного, не видеть и не слышать жену. Ему нужен покой. Холодные снежинки летели из темноты и кололи раскрасневшееся лицо. Он устал от ссор с женой. У него тоже были свои желания, но он во многом себе отказывал. Старался все в семью нести и нигде не гулять. Постоянно отказывался с мужиками ходить на рыбалку или просто пивка попить. Сам уже давно как натянутая старая струна, худая и замученная, вот-вот лопнет. Его выбешивали претензии жены. Она тоже должна понимать, что на моторном заводе работать не сахар. Он там так устает, что сил не остается даже на замечания. И спать хочется, а дома ор постоянный, дети шумят. Вот он и включает что-нибудь на телефоне и спит под бормотание ведущего. Обида накатила на него словно снежный ком, который чем дольше катиться тем больше становится.
– Как же меня все достало! – прокричал он в темноту.
После того как за Финистом захлопнулась дверь, Веста села на пол и заплакала, собирая осколки. Она часто плакала, но никогда не показывала своих слез мужу. Слезы текли сами собой. Ей было больно и обидно. И ругалась она с ним не потому что не любит, а потому что устала и перестала чувствовать себя любимой. Он перестал обращать на нее внимание как на женщину. Как в плохом анекдоте, то устал, то голова болит… Веста снова поправилась после родов и потеряла уверенность в себе. Дошло до того, что стала подозревать, что у мужа появилась другая женщина. От этих мыслей ей стало еще больнее. Она заплакала. Больно сжимало в груди и хотелось бить кулаками в пол. Похудеть можно, было бы время. Но с тремя детьми без поддержки мужа она настолько устает, что лишь дети засыпают, касается подушки и проваливается в сон. Все чаще ей кажется, что она только глаза закрыла, а уже утро. Домашние дела не заканчиваются, и каждый день такой же как и вчера. Когда она родила первого и второго ребенка, было легче. Уставала, но сил хватало. А сейчас болит все что может болеть и не может. Только рожавшие девочки поймут, какие изменения произошли в ее теле. Может это возраст, а может просто с тремя детьми ей слишком сложно. Мужу намекает, намекает, а он словно не слышит ничего. В телефон уставился и все.
Маленькая Тей подошла к ней и обняла. Видя, что мама плачет, девочка тоже начала плакать. Веста заплакала ещё сильнее, мысленно ругая мужа. Хорош отец! Отец года! Выскочил на улицу развеяться, а ей? А ей куда бежать? Она маленькую дочку на попечение старших не оставит. Они кроме игрушек в своих экранах ничего не видят. Да и лишний раз показывать им , что папа с мамой поругались не хочет. Мальчики должны видеть только хорошее отношение отца к матери, чтобы вырасти достойными мужьями. Только с каждым годом помощи от них все меньше и меньше. Сколько раз она говорила, чтобы посуду за собой мыли. Опять гора грязных тарелок. Ну разве так сложно сполоснуть за собой? Поднять стульчак унитаза? Все эти мелочи убивают ее. Она крепко обняла дочь и задавила слезы в себе. Девочка тоже перестала плакать, заглядывая маме в лицо, с заботой проверяя не текут ли у мамы слёзки. Убедившись, что мама больше не плачет, Тей убежала в родительскую спальню, чтобы построить из кубиков домик. Веста стёрла соленые дорожки с лица и посмотрела в зеркало. На нее смотрела опухшая и уставшая женщина с красными от слез глазами.
– Я устала, – поделилась Веста со своим отражением, – Как мне хочется другой жизни…
В этот же миг комната взорвалась искрами, ослепив Весту и отбросив на спину звуковой волной. Веста пришла в себя не сразу. Она не видела и не слышала ничего несколько минут. Голову кружило, а тело не слушалось. Несколько раз безуспешно попытавшись встать, Веста просто села, как она думала, на пол, заставляя себя дышать спокойно и сфокусироваться на зрении. Перед глазами кружились цветные огоньки.