- В моем народе есть поговорка: "Яблочко от яблоньки…"
- Ты уже употребляла ее в мой адрес. Согласен, я ошибался, когда наделил их способностями прежде умения служить. Но опыт, все же, был достойный и тот, что впереди может оказаться более удачным.
- Вы задумали создать еще одну клику наследников?
- Нет. Одного довольно. И рассчитываю на твою помощь.
- Мою? Я понятия не имею, как создаются великие.
- Ты узнаешь. Ты оказалась талантлива во всем, чему я учил тебя.
- Я не гожусь для этой роли.
- Как раз годишься. Ты великая. Ты поняла и проникла в суть событий. Ты стала достойной сана, ради которого создана.
Эл скосилась на него с подозрением.
- Точнее, - недоверчиво попросила она.
- Ты достойна, называться Владычицей. Не смотря на твое неравнодушие к смертным, а может быть и благодаря ему. Я должен решить весьма щепетильную задачу. Я должен решить ее сейчас, когда ты увидела свою силу. Я, как владыка, должен помочь тебе преодолеть эту ступень понимания разницы между тобой и остальными созданиями, какими бы привлекательными они тебе не казались. И пусть мое решение покажется тебе поспешным, я не намерен медлить. Ты станешь владычицей.
- Каким образом? - вырвался у нее вопрос. Эл хотела пояснить свою мысль. Сказать, что она ни на мгновение не мыслит себя в этой роли, скорее это ее пугает.
Но владыка опередил ее.
- Самым понятным тебе способом. Я женюсь на тебе, уравняв тебя в силе и сане.
Голос его был торжественным.
Эл вздрогнула так же как после видения.
- Да ни за что на свете! - выпалила она, ни мгновения не обдумывая ответ.
Эл бросило в жар от возбуждения и захотелось сбежать. Потом она вжала голову в плечи, словно ожидая удара, а все потому, что увидела гнев во взгляде опаловых глаз и даже ревность.
- И все из-за смертного, - его тихий голос вызвал дрожь в спине.
- В моем народе не принято…
- Я твой народ, - перебил он тоном приказа. - Я единственный. Я тебя создал.
Эл опешила, а потом только сообразила, что продолжает возражать.
- Но воспитали не вы. Меня воспитал другой мир.
- Жалким подобием. Так не будь жалкой.
Мысли проносились лихорадочно.
- Мой ответ - нет, - повторила она, потому что догадалась, что предстоит унизительное объяснение.
Она испугалась, это действительно был страх. Эл испугалась, что от переизбытка эмоций тело отключится, что ей грозит упасть в обморок, что она окажется в его власти.
Ответом стал его презрительный взгляд.
- Объясни свой отказ.
- Вы же все чувствуете.
- Я требую. Ясного и четкого отказа.
Эл ощутила себя так же, как в день, когда решалась судьба Алика. Как этот же исполненный могущества владыка сказал, что участь его еще не решена. И в итоге, ее решила она. Мысль об Алике и спасла положение, как в последствии казалось Эл.
- В моем представлении союз должен быть результатом взаимной любви. А я люблю другого.
Ее ответ вызвал раскатистый смех владыки.
- Этот смертный. Воистину, глупость за дверь не выкинешь. Он - ничто рядом с тобой.
- Я говорю не о Мейхиле, - нашла, что возразить Эл.
- Так и я не о нем. Уж не он ли явился к тебе? В твоих снах?
Он насмехался над ней. И Эл ощутила прилив ярости.
- Да. Я видела его. Я люблю этого смертного, каким бы жалким он вам не казался. И я, по крайней мере, знаю, что он любит меня. А с вашей стороны других оснований для предложения, кроме как возведение меня в сан, не нашлось. Помимо того, что вы мой отец найдутся и многие другие возражения с моей стороны. Но я их еще обдумаю. А пока я сказала только - нет.
Эл опять посмотрела в опаловые глаза и рухнула на пол.
Владыка поднял Эл и отнес в комнату.
- Такая же, как мать, - неприязненно произнес он и оставил лежать на полу комнаты.
книга 7 Пять новелл для принцессы Новелла 4
Глава 1 Слуга владыки
Утро, как водится, наступило стремительно. В саду облаками плыл туман. Милинда бродила около грота, ожидая пока госпоже надоест забава с туманными облаками, и она вернет саду четкие черты. Милинда укрылась в гроте, нечеткость очертаний вокруг делала и ее мысли неопределенными.
Как не пыталась она отвлечь себя, мысли возвращались к Эл. Браззавиль простился с прошлыми отношениями так просто и легко, а она не могла отстранить воспоминания. Милинда только эти утром догадалась, что Эл не зовет ее, потому что щадит ее чувства. Милинда снова вышла в туман, но не пошла во дворец, супруг должен был вот-вот завершить обход, а Милинде хотелось услышать его мнение.
- Да, - коротко согласился он.
Он помолчал, а потом решился добавить.
- Между нею и владыкой произошел весьма напряженный разговор. Эл ранена не только воочию, я думаю, открылись и другие, душевные раны. Я все реже вижу ее в коридорах. Едва возвращается владыка, она стремиться укрыться от него, точно здесь можно сбежать.
- Он тоже появляется редко.
- Я полагаю, Эл что-то натворила в мирах, помимо того, что влюбилась в смертного.
Милинда о чувствах Эл еще не знала, беспокойство не позволяло ей обдумывать что-то большее, чем нынешнее состояние Эл, о причинах Милинда не думала. Известие снова шокировало ее, сильнее, чем способность Эл изменять пространство. Она надолго замолчала, опустилась на сидение и поникла. Браззавиль ждал, сейчас ее нельзя покидать. Он присел на другое сидение в стороне от нее. Но Милинде расстояние между ними, показалось пугающим, и она, вскочив, бросилась к его ногам и села на пол, с нежностью опуская голову ему на колени, словно умоляя о защите. Он приподнял ее, и она послушно села на его колени и прижалась к нему. Он забыл уже юношеский восторг, который испытывал когда-то, обнимая любимую. Он скрыл улыбку, потому что догадался, кто воскрешает в них подобные воспоминания. Он не мог рассеять тревоги жены, поэтому задержался в этом чувстве нежности и близости, вспомнил первые времена их совместной жизни. Мысли его сами собой обратились к Эл. Она лишена права на подобные приятные мелочи, и, по сути, одинока. Очень одинока. Сам ход событий заставил его переосмыслить совместное существование. Он вспомнил их внезапный диалог о долге и понял, что она имела в виду. Зря он ушел тогда, выказав неодобрение. В одиночку она не сможет выбраться из миров. Он скован многими обязательствами молчания, сможет ли он пожертвовать собой и Милиндой ради того, чтобы Эл выскользнула из становившихся тесными объятий владыки. Сама мысль уже наказуемая.
- Что? - спросила Милинда, уловив тревогу.
- Я думал, чем могу ей помочь.
- И что решил?
- Ничего не решил. Мне не под силу. И она не позволит.
- Ты давно знал о смертном? Кто он?
- Солдат.
- Ужас. Владыка не простит.
- Я думаю, его недовольство лежит в другом русле. Эл приобрела силу и ему придется реагировать на эти ее всплески. Наша госпожа теперь способна не просто наводить установленный им порядок, но и менять его по своему разумению.
- А разумения у нее все меньше. Сад превратился во что-то невиданное, а по утрам я вообще не ориентируюсь в нем. Она вносит больше путаницы, чем порядка.
Браззавиль улыбнулся.
- Я не это имел в виду, радость моя. - Он поцеловал ее в плечо. - Он мог объяснить ей цель ее пребывания здесь. Она вынудила его спешить. Я осмелюсь спросить у нее. Она ответит.
- Я хочу пойти с тобой.
Эл возникла сама.
- Ненужно. - Она стояла так же, как и в прошлый раз, когда заступалась за Браззавиля, засунув руки в карманы штанов. - Он сделал мне предложение стать владычицей, и я отказала ему.
Милинда беспомощно уронила руки, они соскользнули с плеч Браззавиля, он решил, что она уподобиться Эл и выскользнет из сознательного состояния. Он приподнялся и ловко усадил ее на свое место, а сам встал. Эл снисходительно взглянула на них и вздохнула, поджав губы.