- Ты не охотился? - спросила Смин.
- Нет. Мне не повезло. Исмари, очнись. Хватит бормотать. Прямо мы не пойдем, дальше нет ориентиров, там неизученный район. Будем искать двери в другом месте. Нам придется вернуться туда, где мы вошли.
- Там была бойня и полно хищников, - возразила Смин.
- Зато там есть пища, - упрямо возразил Кумон. - Поднимайтесь. Уходим.
***
Ночь настигла их шумом и ревом, будто все что могло шуметь и кричать в этом мире объединилось в хор. Они стояли спинами друг к другу. Ни один не сумел сориентироваться, звуки были повсюду. Потом рев стих, и слышалось слабое шуршание, словно кто-то крался в темноте. Они стояли до утра, в ожидании схватки.
- Ни один рассвет не был так желанен, как этот, - сказал Исмари, опускаясь на колено. - Я буду звать его. Этой ночью я чувствовал присутствие. Он близко.
У Кумона не было сил возразить ему, он намеревался отойти от товарищей по несчастью, но Смин, обессиленная больше всех, оперлась на него и не отпускала. Кумон посмотрел на нее с сожалением. Взгляд был пуст, лицо будто высохло. Впервые он подумал, что она не выживет. Тогда он подхватил ее и держал почти навесу.
Сумерки рассеивались.
- Я знаю, где мы, - с трудом сказала Смин. - Озеро. Я была тут. Он тут.
Светало быстро. Среди камней читались мрачные тени, сначала размытые, потом они приняли реальные очертания.
- Святые небеса, - с ужасом прошептал Кумон.
Вокруг них плотным кольцом лежали животные. Хищники и их потенциальная добыча соседствовали друг с другом. Они обернулись на плеск воды, по кромке озера к ним двигался некто.
- Это он.
Кумон сообразил, что голос принадлежит Смин, он звучал затравлено, жалостно.
"Дикарь", - подумал Кумон. Пришедший молчал. Кумон не нашел в его обличии ничего пугающего. Одет просто. За плечом оружие, которое пугало Смин и интересовало жреца, что в нем удивительного. Кумон понял, что жрец замолчал и посмотрел на Исмари. Жрец стоял в полный рост, в его лице читалась сильная усталость, своей позой он пытался выразить достоинство. Он шатался, но стоял. Кумон опять перевел взгляд на незнакомца, тот стоял без движения.
- С какими известием? - спросил Исмари.
- Где Бадараси? - спросила Смин.
- Ты знаешь его судьбу, - прозвучал тихий ответ.
Смин высвободилась из объятий Кумона и побрела навстречу незнакомцу. Кумон настороженно поднял оружие. Наконец, незнакомец обратил на него внимание. Взгляд был пристальным, пронизывающим. Он забыл, что собирался сделать. Кумон дрогнул, жрец мягко двинулся к нему и разоружил. Смин приблизилась к серому и, опускаясь, обхватила его ноги.
- Ты просил жертву. Я назвала. Мы никого не убили. Отпусти нас. Открой дверь, - умоляла она.
Он молчал, переводил взгляд с Кумона на Исмари и обратно.
- Бедная моя Смин, - заговорил Исмари. - Много раз я упрекал тебя за то, что ты не изучаешь внимательно нашу культуру. Знания о звездах не дадут тебе ответов на тонкости наземного бытия, если не знать изящных связей и мелких деталей пошлого опыта. Ты молишь прощения у существа, которое едва ли обладает собственной волей.
Смин почувствовала слабый толчок, серый высвобождался от ее хватки. К чувству страха примешивалось благоговение. Смин поняла, что ее действия не нравятся серому существу, она послушно отшатнулась, посмотрела вверх ему в лицо, которое наклонилось к ней. На лице не было пятен, теперь оно стало ровным, как маска, которую она воображала.
- Я знаю… Я знаю, жрец. Я узнала…, - задыхаясь, сказала Смин. Лицо дернуло бровью. - Ты похожа на статуи в старых храмах. Ты…
- Это женщина, - уверенно сказал Кумон. - Смин, ты говорила, что это он, а это она. Ты не увидела отличия? Это женщина. Ее подослали убить нас?
- Не простая женщина, - вмешался жрец. - Перед нами дочь владыки.
Смин не отрывала взгляда от лица, она не видела ничего кроме темных глаз, мир опять качнулся.
- Ты не умрешь, - услышала она.
- Разве достойно существу с твоим величием и положением издеваться над простыми смертными? Ты довела ее до животного состояния. Тебе доставляет наслаждение созерцать унижение? Я знаю, что ты не просишь жертв, - сказал жрец с назидательной интонацией.
- Ты уверен, что знаешь меня? Мыслишь себя знатоком положения? Ты один из тех, кто понимает, что нарушает. Достойно ли тебе, служителю, уничтожать мироздание не тобой созданное, - с угрозой сказала Эл.
- Нам с тобой одинаково известно, кто создатель, а кто нет. Мне ясен твой замысел. Хочешь завербовать нас в глашатаи своей воли. Тебе не выгодно убивать нас.
Кумон не мог вникнуть в суть, его отвлекали животные, которые послушно лежали вокруг, он то слышал речь, то отвлекался. Следующее, что дошло до его сознания, было:
- У этого мира есть средство против вас. Отныне ни одна жертва не будет безнаказанной. Добро пожаловать сюда, а отсюда дороги не будет.
Наконец Кумон понял, что жрец спорит, а Смин как один из покорных зверей примостилась у ног незнакомки.
- Смин, иди сюда, - тоном приказа сказал он. Смин не поднялась. - Иди ко мне!
Он повысил голос, ближайший к нему зверь дернулся, Кумон повернулся к нему, достал лезвие для снятия шкуры и приготовился к атаке. Потом он услышал шепот, как заклинание. Зверь остановился. Кумон перевел взгляд на женщину. Она смотрела вниз и шептала. Потом она подняла на него глаза.
- Веди себя тихо, а то они растерзают тебя. Думайте до вечера.
Кумон видел Смин, но не видел больше незнакомца. Он с удивлением перевел взгляд на жреца.
- Это она, - уверенно сказал жрец.
Животные стали подниматься и отступать, никто не сделал попытки броситься на них. Ночные хищники расползались со злобным бормотанием.
Испуганная Смин бросилась в объятия Кумона, но он удержал ее на расстоянии. Ей на помощь пришел Исмари, он прижал Смин к себе.
- Эффектный визит и дурная новость, - заключил он.
Кумон удивился его спокойствию, жрец протянул ему оружие, а Кумон не сразу понял, что нужно его забрать.
- Мы умрем? - спросила Смин. - Она сказала, что я буду жить.
- Я мог убить ее, - опомнился Кумон. - Зачем забрал оружие?
- Ты сам мне его отдал. Ты внушаем, как младенец.
- Перестань грубить и объясни мне, кто она. Я не понял ничего, кроме угрозы нас растерзать.
- Лучше быть растерзанным, чем донести дурную весть нашим властям, - сказал жрец.
- По мне, чтобы не пришлось говорить, лишь бы выбраться отсюда. Она сбивает нашу навигацию?
Исмари посмотрел на Кумона с жалость. От усталости у него плохо с логикой. Он раздумывал над доходчивым объяснением, пока не исчезли все животные. Теперь он не ощущал ничего, кроме присутствия товарищей по несчастью.
- Навигация ни при чем, - начал он.
- Она управляет перемещениями, а значит и дверями может, - высказала вполне здравую мысль Смин.
Кумон и жрец посмотрели на нее. Испуг прошел, она смотрела поверх плеча жреца завороженная событием. Смин переживала последние впечатления. Исмари немного ей завидовал, ей довелось быть поблизости от наследницы, прикасаться к ней. Если бы ему удалось, он оценил бы качество силы и смог бы предвидеть модель ее поступков. От Смин веяло нервозным возбуждением, тело ее вздрагивало в экстатических судорогах. Это только отклик самой Смин на прикосновение. Сродни идолопоклонству.
- Она дала время до вечера. Я готов ответить немедля. Я скажу что угодно и где угодно в обмен на возвращение, - заявил Кумон. - Мне безразлично, кто она, кто ее послал. Мне безразлично. Я вернусь. И еще. Смин, я передумал. Брак между нами невозможен. Я не знал тебя достаточно, чтобы оценить твои изъяны. Я передумал. Я не собираюсь брать ответственность за то, что произойдет с вами. Я уйду один, если она разрешит. Как она именуется, Исмари?
- Я не знаю. Но если ОН представил свое детище в таком свете… Я бы дал ей имя - Возмездие, - проговорил Исмари.
- Что ты знаешь о ней? Что? - спросила Смин.