Первый узник молвил кротко: «Царь мой пусть живет,
Пусть врагов его раздавит мстящий небосвод!
Раст-Раушан безвинно брата моего схватил,
Истязаньями замучил, пытками убил.
Все имущество, богатство, землю и стада,
Что осталось после брата, взял он без суда.
Люди все вокруг жалели брата моего,
Жизнь загубленную, юность, красоту его.
Стал я жаловаться судьям, громко стал вопить,
Но везир велел за это и меня схватить.
Он сказал: «Твой брат негодный другом был врагов,
Смуту сеял он. Я вижу, что и ты таков!»
И меня в темницу бросить он велел. Потом
Приказал своим подручным мой ограбить дом.
Руки твой везир и ноги в цепи мне забил,
И в цепях я, как в могилу, в яму брошен был.
Брат мой умер, страшных пыток вынесть он не мог,
Я же был лишен бессудно рук своих и ног.
Целый год я протомился в темной яме той,
Но опять надежду жизни лик мне дарит твой».
Так о Раст-Раушане правду услыхал Бахрам,
Внял он, полный состраданья, узника словам.
Все вернул ему, что изверг лютый отобрал,
От себя ему за брата щедрый выкуп дал.
Сердце узника от страха он освободил,
Жизнь ему вернул, достаток прежний возвратил.
У этого узника был прекрасный сад, который понравился Раст-Раушану. Везир пожелал купить его, но владелец отказался. Тогда он отнял сад силой и заключил владельца в тюрьму, чтобы тот не жаловался.
Он был купцом, плавал по морям, торговал. Как-то он привез в столицу продавать дивный жемчуг. Везиру жемчуг понравился, он взял его, но денег не заплатил. Когда купец попытался искать правды, его бросили в тюрьму.
Он был музыкантом. У него была красивая возлюбленная, певица. Везир забрал ее себе. Когда музыкант попытался увидеться с ней, его схватили и заключили в тюрьму.
Пятый молвил: «О владыка мира, чей шатер,
Над землей четыре гордых купола простер!
Я — правитель пограничной области твоей,
Верный раб твой; я покорен был царю царей.
Я о пользе государства думал, о мой шах,
Серьги верности владыке у меня в ушах.
Благосклонность и величье шаха и Яздан
Даровали мне богатство, достоянье, сан.
И, молясь, чтоб долголетьем шах был одарен,
Был я в милостыне щедрым, как велит закон.
Раздавал я бедным людям хлеб и серебро,
Ради счастья падишаха делал я добро.
Люди радовались, если в город я въезжал,
Мудрецов, мужей науки в круг я собирал.
Благоденствием и счастьем одарен я был,
И другим я часть достатка раздавать решил.
Серебром дарил я бедных вдов, сирот, детей;
Не было людей голодных в области моей.
Помощи, бывало, просят — помощь я даю,
Падающему я руку простирал свою.
Если кто-либо, бывало, попадет в беду —
Я спасать его немедля с помощью иду.
Край богат был. Получал я много податей.
Раздавал я много, тратил много на гостей.
Я сводил доход с расходом, в счете был не плох.
Был народ простой доволен, был доволен бог.
А когда везир твой первый услыхал о том,
В гневе он котел насилья вскипятил ключом.
Взял меня под стражу, власти он лишил меня,
Мира, и добра, и счастья он лишил меня.
Он сказал: «Не сам богатства собираешь ты,
Государственные средства расточаешь ты!
Или ты алхимик тайный? Ибо ты богат
Непомерно! Иль огромный отыскал ты клад?
Овладеть твоим богатством скрытым должен я,
Сам отдай, не то отскочит голова твоя!»
И забрал себе он силой все, чем я владел;
Думал, что я клад скрываю, взять меня велел.
Истязал меня жестоко, истомил меня
И в цепях, в тюрьме подземной позабыл меня.
Так — с семьей, с детьми в разлуке — вот уже пять лет
Я томлюсь; не выйти, думал, больше мне на свет».
Шах вернул ему богатство, одарил его,
В область прежнюю к правленью возвратил его.