– А что я должен помнить? – мой вопрос звучал столь же недоуменно и неуверенно, маг хмыкнул и молча пошел дальше. Меня это заинтересовало. Что маг вдруг знал такого, о чем я не знаю, к тому же про мою же жизнь?
До входа в кабинет мы шли молча. Закрыв за нами дверь, Манридий вздохнул – тяжело и без малейшей наигранности. От облика благообразного, мягкого хозяина городка в горах не осталось и следа – на стол оперся ладонями только утомленный бесконечными планами и походами полководец.
– Ваше появление в Кортуанске спутало все наши планы, и поставило Марбод Мавкант под угрозу вторжения…
– Вы уже знаете, в этом наших стараний нет, – сгорая от стыда, возразил я.
– Но в то же время, даёт нам возможность изгнать Эргесенналло из Кортуанска, пока стало не слишком поздно, – неожиданно завершил Манридий. – Призрачный шанс, но дает.
– Что вы имеете в виду?
Маг прошел к небольшому шкафу-бару, плеснул себе в стакан чего-то явно крепкого, предложив и мне. Я согласился. По горлу прокатился терпкий, огненный вкус дорогого бренди – совсем другого, что я пил в Этене. Там был в ходу белый яблочный, «морозный», как его звали. Этот явно родился из винограда, при чем отнюдь не в прошлом году, и долго томился в заточении в дубовой бочке. Я удивленно глотнул еще. Вкус показался знакомым.
– Давайте начнем по порядку, амис Рудольф. Или как к вам обращаться?
– Как удобнее, – я не понимал, куда он клонит. – Может, вы все же зададите те вопросы, что собирались?
– Задам, конечно. Я хочу пока что понять, как маг может не знать, что он маг – разве что если он никогда этому не учился. Но вы не очень-то похожи на зеленого юнца, Рудольф. Неужто эльфы настолько изменились за эти грешные несколько десятков лет? Да ни за что не поверю! Ваш талант должны были попытаться хоть как-то огранить.
– Но я этого не помню, – после пары глотков выпивки сказать это оказалось гораздо проще. – Я, извините, вообще почти ничего не помню до лета прошлого года, когда я оказался в Этене.
Подумав немного, я рассказал о кораблекрушении.
Манридий несколько удивился, и казалось, подосадовал.
– Так что если вы рассчитывали на еще одного мага в моем лице, то…
– О нет, это вовсе не главное, – Манридий, усевшись за свой стол, небрежно поворошил гору рукописей. – Хотя я все же думал, вы подметили кое-какие изменения течения магии при вашем переносе.
– Я подметил только то, что ветер дул со всех сторон разом – слабый и почему-то теплый. Хотя утро было зябкое, туманное. А еще я… не слишком хотел в эту дорогу, признаюсь честно.
– Но сейчас вместе со всеми все равно хотите обратно?
– Конечно!
– Ну тут я не соврал, сказал все, как есть, и ваш капитан, кажется, принял это.
Я мрачно кивнул. Потом вдруг неожиданно даже для себя задал вопрос, что меня мучил с самого начала встречи с магами:
– Так что же там все-таки с этим… Одержимым? Кто это вообще? Я слышал, что он вроде как зовет себя именем демона, но я хоть и не маг, но думаю – это невозможно!
– Что невозможно?
– Чтобы кто-то, пусть и чародей, стал на долгое время – а ведь история уже тянется давно, я не ошибся? – вместилищем для… Духа Разрушения.
– Все-таки вас чему-то учили, – проницательно заметил Манридий. – Даже если вы не осознаете этого. Да, Рудольф. Да. Вроде бы как невозможно, но это есть. Завоеватель, что утратил свое имя, действительно одержим. Иначе у него ничего не получилось бы. И за ним вряд ли пошел бы народ Подземных, дроу. Эти нечестивцы ведут дела только с теми, кто отмечен дланью их, как они говорят, Отца-Пустоты.
– Эгресенналло? – выговорить это им мне было почему-то тяжело, но я переломил себя и все же произнес. В голове короткой вспышкой взорвалось облачко боли. Я еще раз отхлебнул бренди. – Знаете что? По-моему, это все звучит слишком небывало.
– Может быть. Однако же мы почти уверены в том, что смогли найти, как разъединить человека во главе армии Подземных и дающего ему мощь демона. Если не станет присутствия этого демона, Подземные бросят затею по завоеванию поверхности. И тогда кортуанский народ наконец закончит всю эту возню, скинет узурпатора и заживет нормально. Не как прежде, нет. Но мы получим шанс на нормальную жизнь не только прячась в горах.
– И что же вам мешало? – я понимал. Что вопрос звучит хамски. Но меня будто за язык дернули.
Манридий же, казалось, только этого и ждал.
– Отсутствие простых военных и людских ресурсов. Дело даже не в том, что маги в большинстве своем такие себе воины, вовсе нет. Если мы будем воевать, некому станет колдовать. Вот я о чем. Нам был нужен только хорошо снаряженный отряд. Я имею в виду то, что у нас готов план по изгнанию демона. Он, увы, требует приблизиться к Одержимому достаточно плотно, и воины должны были бы заставить того высунуться из крепости. Скажем, если бы ваш отряд смог отвлечь узурпатора, а мы бы сделали всё остальное без запинки. Предвосхищая вопросы – да, он почему-то всегда выходит на бой в том числе и сам, если кто-то приближается к его обители.