— Виктория, почему вы тут одна? — яростно прохрипел Адам.
— А с кем я должна быть?! — всхлипнула девушка.
— С сопровождением! — процедил он сквозь зубы и метнув злобный взгляд на обидчика.
— Что вы орёте на меня?!
— Вот почему! — Адам показал на откинутый в сторону пистолет и лежащего Питера.
Он рычал, со злостью вбивая кулаками голову парня в паркет. Рядом спокойно стоял один из его телохранителей, наблюдая за тем, как его шеф разбивает костяшки о скулы соперника. Схватка была однозначно не равная, Адам был примерно в полтора раза выше и больше, впрочем, как и Питер по сравнению с хрупкой Викторией, которая всё это время стояла как вкопанная. Причёска была растрёпана, помада размазана, в глазах застыли слёзы испуга.
Что произошло бы дальше, если Адама не было бы? Всё так внезапно, что она даже не смогла среагировать. Ей захотелось, чтобы он убил его. Размазал кровавым месивом по всему полу.
— Урод! Какой же ты урод, Питер! — Виктория начала причитать и скатилась по стене на корточки. — Адам, пожалуйста, остановитесь, это того не стоит, у вас же будут проблемы из-за него. Я в порядке, правда.
Адам замер. Поднял взгляд на девушку, и его выражение мгновенно из воинственного приобрело спокойный вид.
— У меня не будет проблем, даже если я ему руку оторву, которой он до вас дотронулся, и засуну в его…, — он запнулся, встал, отряхнулся. — Сэм, выволоки его отсюда и оформи запрет на приближение к мисс Виктории в полицейском участке. И объясни, что будет, если он его нарушит. И совершенно плевать, чей он сын.
— Пойдёмте, вам надо привести себя в порядок, есть ещё минут десять. Вы же не хотите пропустить аннотацию? — Он мягко поднял её за руку и увлёк в ближайшую уборную.
В комнате не было людей, Адам закрыл дверь и начал мыть руки, белый манжет его рубашки был испачкан в крови. Кожа на двух костяшках правой руки исцарапана, на остальных в мелких кровоподтёках. Виктория тяжело дышала, её начала бить мелкая дрожь, чувства взяли верх, адреналин сделал своё дело, и она разрыдалась.
Молодец, прямо на глазах мистера Адама. Мало того, что позволила этому недоумку на тебя напасть, так ещё и стояла как вкопанная. Могла бы дать сдачи сама.
Обида, досада, злость и ярость подкатились к горлу и вырвались рыданием через край.
— Тише, тише, всё хорошо, — лицо Адама стало испуганным, он повернулся к девушке, она вжалась в его плечо, всхлипы становились реже и тише.
Её запах, перемешанный со страхом, был прямо у него в руках. Быстрое и рваное биение сердца отдавалось ему в грудь. Секунда полной открытой искренности, словно он так держал её не в первый раз. Резкое, тяжёлое чувство дежавю опять накрыло его сознание. До острой тошноты, память пыталась собрать мозаику, только не в этой реальности и даже не в этой жизни. Он увидел её лицо, волосы были растрёпаны и распущены, прямые, другие и глаза карие, кожа смуглее, но это точно она. В руках чаша с водой, в которую сыпется соль. Ветер порывом уносит часть щепотки. Слышится смех, весёлый, раскатистый и знакомый. Чаша в его руках, он смотрит в отражение, лицо незнакомца с его чертами, большой глоток и резкий толчок вбрасывает его назад в комнату.
Она всё ещё в его объятьях, волосы всё ещё перед лицом.
— Вам будет легче, если я его убью? — он улыбнулся.
— Нет, не надо. Мне надо умыться, а вам достать где-то новую рубашку, ваша испорчена из-за меня. Я, между прочим, могу за себя постоять, но спасибо, — она все еще была в шоке и не совсем следила за тем, что говорила.
— Пустяки, — Адам улыбнулся, снял пиджак, запонки и просто закатал рукава, скрыв кровь, — тут жарко. Приводите себя в порядок, я подожду вас за дверью.
Стало спокойно. В сумочке была тушь и помада. Всё было в норме, насколько это было возможно.
— Первый лот — эгрет “Фонтан”. Говорят, именно его ядовитый укол унёс жизнь наследника Петра I, Алексея Петровича, от первого брака Петра I с Евдокией Лопуховой. Интриги вела сама императрица Екатерина I, которая, конечно, хотела, чтобы её дети были на престоле. Возможно, проведя экспертизу броши, можно узнать, чем отравили наследника.