Время пролетело быстро, Марсель был действительно образован и полезен, к тому же некоторые растворы и индикаторы были на индонезийском, и он переводил. Виктория не хотела идти на обед. В лаборатории стоял автомат с фруктами и соками, очень интересно. Работа кипела. За окном стемнело.
Девушка вышла из корпуса, Марсель откланялся и убежал на второй этаж над лабораторией.
Красиво освещённый дом притягивал взгляд. На кухне хлопотала Аманда и стоял Сэм.
— Добрый вечер, Виктория. Аманда вам всё покажет, Адаму нужно, чтобы вы чувствовали себя комфортно, — сказал Сэм.
— Сколько человек живёт в этом корпусе?
— В этом корпусе будете жить только вы, он гостевой. Мистер Адам живёт в домашнем малом корпусе, а в этом только его кабинет. Вы туда также можете заходить и пользоваться библиотекой.
С этими словами охранник удалился, экономка начала показывать, как открывается холодильник, где что лежит и лепетала на местном.
Больше похоже на то, что девушка приехала снимать виллу и ей передают дом, чем что она приехала работать и будет жить в номере гостиницы. Слишком большой номер.
Виктория поела, вернулась в комнату, написала план на завтра. Бассейн прямо за её окном, это, конечно, не редкость для Индонезии, но он так и манил. Открыв окно, она увидела подсвеченную воду. Рядом стояло два шезлонга и несколько аккуратно сложенных полотенец.
Несколько дней пролетели волшебно и незаметно, по утрам девушка бегала по острову. А управлять подобной лабораторией было её мечтой. Все возможные справочники, электронные ресурсы, список узких экспертов для связи был в её полном распоряжении. В обед пришёл мистер Адам.
— Я вижу, вы обжились тут и превратили набор инструментов в работающую систему. Какой из экспонатов вас заинтриговал больше всего?
— Добрый день, мистер Адам, да, лаборатория отвечает всем стандартам. Вот предварительное описание всех изделий, и я думаю, что главным вашим объектом станет колье с жемчугом, — она подлетела к нему и начала с живостью рассказывать, что оно принадлежало Екатерине II, и на первый взгляд все камни и жемчуг подлинные, а предварительная оценка изделия - от ста семидесяти до двухсот тысяч долларов.
— Это колье и в самом деле будоражило меня, — Виктория говорила и говорила, начиная вдаваться в подробности перламутровых слоёв и возможных вариантов происхождения, имен мастеров. Как всегда, увлёкшись, она не могла остановиться.
— Вы меня восхищаете, Виктория, — Адам посмотрел прямо в упор и улыбнулся. — Я бы хотел растопить официальную субординацию, чтобы вы называли меня просто Адам, мы же на индонезийском острове, можно немного расслабиться.
— О, это исключено, простите, но вы теперь мой начальник и я себе такого не позволю, — вежливо ответила девушка.
— Я не ваш начальник, Виктория. Я счастливый коллекционер, которому удалось заполучить частичку вашего таланта. Кстати, вы выбрали день для экскурсии по острову?
— Ну вы же дали мне неограниченный бюджет и полный карт-бланш, у меня не было выбора. А насчет прогулки, я не стану вас отвлекать, погуляю сама, — поспешно ответила она.
Наступил вечер пятницы, по договору Виктория должна была уехать после обеда и вернуться к утру понедельника. Она уже поговорила с дядей и с подругами по телефону, наметив планы на выходные.
— Виктория, мистер Адам ждёт вас в кабинете, — отрапортовал Сэм и вышел.
Наверняка просто разговор и план на следующую неделю.
День оказался жаркий, а в лаборатории под кондиционерами около двадцати градусов. На Виктории был спортивный топ под горло и шорты с кроссовками.
Нормально, не буду переодеваться. Почему я так разнервничалась?
Мистер Адам стоял за рабочим столом, облокотившись на него одной рукой. Выглядело это немного грозно, но девушка уже привыкла к этому и прежнего холодка по спине это не вызывало.
— Виктория, садитесь, нужно прояснить несколько моментов. Знаете, однажды мне сказали, что нерешительность хуже, чем неудачная попытка. Он сделал длинную паузу, воздух начал тревожно электризоваться. Было очевидно, что ему было тяжело собраться и начать. Девушка подошла и непринуждённо села в кресло.
— Вы понравились мне с первой нашей встречи, и чем больше я вас узнаю, тем больше хочу, — он замолчал, посмотрел пристально на девушку, которая опешила и уставилась на него как на ожившую мумию.