— Что? Выйди! — она молнией вскочила с кровати, скомкав одеяло на груди. — Я никуда не пойду, и не поплыву, и не выйду из комнаты до понедельника.
— Конечно выйдешь, что за бред.
— Выйди нахрен из комнаты! — Виктория подошла к нему и толкнула в грудь.
— Хотел убедиться, что ты в комнате, не соберёшься улизнуть в окно или что-то ещё. Уверен, твоей фантазии хватит на многое.
Адам вышел, девушка кинулась к двери и подперла её стулом, не собираясь никуда выходить. Умылась, оделась, померила шагами комнату, хотелось есть, вчера так и не поужинала, кусок в горло не лез.
Что он мне сделает? Он лишает меня контроля. Мог бы сделать уже всё, что угодно. Надену кроссовки и тихо спущусь, поем и пробуду в комнате весь день.
Адам сидел на кухне с ноутбуком и читал. Домашняя одежда смотрелась на нём странно: хлопковые штаны и футболка.
— Мистер Адам, давайте проясним. Мне помнится, вы сказали, что не будете принуждать меня ни к чему. И я могу делать что хочу.
— Да, всё так. Если не прекратишь мне выкать, я могу передумать, — он засмеялся.
— Адам, я не хочу, чтобы ты заходил без моего согласия в комнату. И хотелось бы поменьше натыкаться на тебя, — мрачно ответила девушка.
— Хорошо, а я хочу, чтобы ты провела со мной день на яхте, я обещаю оставшиеся восемь недель не заходить в твою комнату, если ты не позовёшь сама.
— Не могу представить ситуацию, чтобы я вас.., — она напряглась, — чтобы я тебя позвала. Сама ситуация бредовая и тупая.
— Посмотрим, ешь свой завтрак или обед, — Адам встал и отошел к окну.
Они вышли из-за стола, пошли к причалу, там стояло несколько катеров и небольшая яхта. Внутри было уютно, каюта обшита коричневой кожей, диван напротив плоского экрана и огромный матрас под стеклянной крышей, на носу палубы стояли два шезлонга.
— Садись, давай поговорим, — осторожно начал мужчина.
— Мне нечего сказать, — отрывисто выдохнула Виктория.
— Ты боишься меня?
— Как же ты догадался? Адам, мне нахрен страшно. Ты себя в зеркало видел? — она вскочила с шезлонга. — Ты, чокнутый устрашающий великан, обрушиваешь на меня какие-то правила. Ты в своём уме вообще? Как я могу противостоять тебе? Я думала, ты бизнесмен, а не уголовник, удерживающий силой тех, кто не согласился сходить на свидание. Ты понимаешь, как это ненормально?
—Ты шутишь, тигрица, в мире нет чего-то нормального или ненормального на сто процентов. Например, ты знаешь, что обожаемый тобой миф о Юноне и Юпитере - ужасающий кровавый инцест, который придумали люди, считающие это нормальным.
— Да, мы же цивилизованные люди, а ты представляешь, что моя семья с тобой сделает, когда обо всём узнает? — она села назад в шезлонг.
Он всё тот же мистер Адам, с которым я беседовала все недели аукциона и обсуждала методы исследования рубинов и алмазов. Только теперь он спокойно разглядывает меня, и натянутая субординация растворилась.
— К тому времени ты уже будешь другого мнения, а если нет, то приму последствия. Я хочу, чтобы мы узнали друг друга, и ты дала мне шанс приблизиться к тебе.
— Ты выбрал ужасный способ, и я не разрешаю тебе приближаться, если ты и вправду будешь соблюдать свои правила.
— Ты же понимаешь, что я мог бы сделать с тобой всё, что хочу, как хочу и сколько раз захочу, — он был серьёзен и вполне спокоен.
— Нет, не смог бы.
— Мы не будем это проверять, не переживай, мне нужна полная взаимность. А сейчас будем кататься, пообедаем и приплывём на остров. Твоё настроение улучшится и придёт понимание, что всё не так драматично, как у тебя в голове. Какие ты любишь цветы? Те, что в твоей комнате, тебе понравились?
— Цветы, о, подари мне букет цикуты или аконита! Я буду в восторге, даже, может, завтрак тебе сделаю после этого.
— Думаю, отравление — это не твой стиль, ты не змея. Вот вколоть нож в сердце ты наверняка можешь, если тебя хорошенько разозлить, — Адам рассмеялся.
Девушка хмыкнула.
— Нож? Нет. Но я могу сжечь человека заживо. Но пока на тебе не будем проверять, — она ухмыльнулась и отвернулась к волнам.