— Вставай и прыгай, может, похмелье тебя отпустит, — Он поднял руки вверх. — Я держу.
Она неуверенно встала. Огромные широкие плечи, прыжок, вода разошлась круглыми всплесками. Ещё и ещё прыжок.
Уже на палубе кожа покрылась мелкими мурашками, Виктория хотела отдышаться и легла, уставившись в ночное небо. Полотенца не было с собой. Адам опустился рядом, обхватил её руками и одним движением усадил верхом на себя, не отпуская ладони. Он был весёлым, заботливым и прямолинейным. Чувства внутри смешивались.
Что за стокгольмский синдром? Нет уж.
Она попыталась освободить руки, он отпустил, но тут же обхватил за талию, поднялся и прижался к шее горячими губами. Мокрые волосы беспомощно прилипли к телу. На мгновение он остановился.
— Можно? — Адам попытался поцеловать девушку.
— Нет, отпусти, — она отвернула голову.
— Ты хорошо подумала?
— Хорошо. Я говорю нет, нет согласия. И не будет.
— Сегодня только второй день, а ты уже спала в моей постели и сейчас в моих объятьях. Всё не зря.
— Так тебе нужно только тело? А столько было речей, — она ухмыльнулась, обдав его холодным сарказмом, и вскочила на ноги.
— На, бери, — она шагнула навстречу, снимая верх купальника. — Просто тело. Вот я прямо перед тобой, ты же этого хочешь?!
— Прекрати, конечно, нет, мне нужно всё, — с этими словами он накрыл её полотенцем с головой и закутал крест на крест мягкими краями.
— Руки! — она отшагнула от него и обмоталась полотенцем по грудь.
Долго не думая, Адам прижал её губы к своим, нежно проникнув внутрь.
— Нет! — Виктория отпихнула его, дав звонкую пощёчину изо всех сил.
— Оно того стоило, — он протер ладонью горящую щеку и ухмыльнулся.
— Я не буду спать с тобой в одной комнате! Пойду на шезлонг.
— Боишься не сдержаться?
— Боже, какой же ты самовлюблённый козёл! — она быстро зашагала за подушкой в каюту, услышав брызги воды.
— Я выкинул шезлонги в море, будешь спать на полу? Обещаю, пальцем не дотронусь до тебя, ложись в кровать.
Виктория была в мокрой одежде, становилось холодно. Обмотавшись одеялом, она уткнулась в подушку, отвернувшись от него.
— Сладких снов, — она слышала, как Адам улыбается.
— Пошёл нахрен, — огрызнувшись, девушка забылась мирным сном. Ей стало спокойно и тепло.
Глава 8. Вилка
Сон Адама был беспокойным. Он видел храм на горе. Почти разрушенный храм. Он бродил по нему и чувствовал холодную мокрую землю под босыми ногами. Пройдя узкий коридор, его взгляду предстало зрелище, от которого он остолбенел. Из стены на него смотрело каменное лицо его шаманки. Чёткие линии глаз, носа и подбородка складывались в узнаваемое лицо. Это однозначно была она.
Это сон? Явь? Видение.
Почти в обед следующего дня судно причалило к бухте у основного корпуса. Адам был в хорошем настроении.
Как же испортить твоё выражение лица?
Они зашли в жилой корпус, Адам следовал за Викторией в комнату, закрыл дверь и плюхнулся на кровать.
— Мы же договорились, я тебя не приглашаю, — девушка злобно смерила его взглядам.
— Хорошо, сейчас уйду, но я завтра уеду, хотел с тобой провести день.
— Уедешь на восемь недель?
— Нет, на два дня. И если я сейчас уйду, то хочу получить что-то взамен, — мужчина облокотился на спинку кровати и смотрел с вызовом на свою пленницу.
— Нет, — возразила она с ледяным спокойствием.
— Ты знаешь ещё хоть одно слово, кроме этого? Давай поужинаем вдвоём. У меня есть, что тебе рассказать.
— Если это избавит меня от тебя сейчас, то хорошо, я спущусь в семь. Проваливай в свою пещеру.
Адам встал, попытавшись обнять девушку, она только недовольно фыркнула и скрылась в ванной.
Мне всё равно нужно есть. Неужели придётся провести здесь ещё 55 минус 2 итого 53 дня поделить на 7 - будет почти 7,5 недель. Как в том кино с Ким Бейсингер. Нет там было 9,5 недель. Боже, это ещё дольше. Надо пробежаться и раскидать мысли, решить, как ко всему этому относиться, и что предпринять.