Вара пропускала мимо ушей слухи о тетке, а отец говорил, что она заболела и выздоровеет к дню ее свадьбы. Но дядя Кареф пришел чернее тучи, поздравил ее с женихом и ушел. Девушка собиралась через несколько дней навестить тетю, все разузнать, но пока ей было не до этого. Она даже не подозревала, что приготовила для нее судьба.
На следующий вечер после общей церемонии им нужно было сделать подношения своим богам в храме, иначе их соединение считалось незавершенным.
Нир сидел на стуле в центре комнаты, медленно и аккуратно соскребал заострённым клинком красную глину с головы. Ее круглое мутное зеркало в его руках казалось совершенно крошечным и не очень помогало. После острия оставался гладкий след кожи.
— Помочь? — Вара подошла к парню и провела пальцами по шее.
— Или выйди, или сделай сама, я не могу сосредоточиться, когда ты касаешься меня. Хочешь моей крови? — оскалив зубы, он игриво посмотрел снизу вверх на девушку.
— Крови, не знаю, возможно, — Ладонь осторожно обхватив рукоятку и вытянула клинок.
Парень одним движением усадил помощницу на стол, сам подвинул стул и сел спиной к ней. Голые лодыжки девушки оказались рядом с его плечами.
— Давай аккуратно.
Девушка быстрым и точным движением сняла полосу глины, проведя подушечками пальцев по чистой коже.
— У меня получается лучше. — Вара засмеялась и положила ладонь ему на голову почти уже мужа.
— Так, продолжай, — его ладонь уже поднялась по её голени к колену.
— Прекрати, Нир! Я же тебя порежу.
— Немного не страшно, когда твои ноги у моих ушей, я не могу соображать.
— Прекрати, а ещё ты грязный, замри!
Парень послушно сидел на месте, поглаживая двумя пальцами её кожу.
Полоса за полосой — и вся голова была обрита.
— Это для ритуала подношения?
— Да, — парень потянулся за старым мокрым полотенцем. — Сиди тут.
Ласковый взгляд остановил её, готовую соскользнуть со стола. Он протер голову от остатков глины и, вымыв руки, направился к девушке.
— Ты выучила созвездия для карт? — приглушив голос, спросил Нир.
— Да, отец заставил меня выучить новые созвездия и сердился, пока я пять раз не нарисовала южный крест, потом успокоился.
— Созвездия важны, ты же знаешь. Расскажи, какие ещё созвездия ты изучила, — парень придвинулся ближе, наклонился над ней, быстро скользнув губами по её шее. Его руки были уже на бёдрах, медленно пробираясь под платьем наверх.
— Что ты делаешь? Прекрати. Даже дверь не закрыта, и вообще ещё рано, даже солнце не село до конца.
Её мнимые протесты были проигнорированы. Лямки летнего платья уже сползли по предплечьям и собрались в районе талии вместе с мешающей тканью. Развязав пояс, он наконец освободил её от платья совсем.
— Замри. Будешь слушаться меня теперь, — Нир невесомо поцеловал ее за ухом и прикусил мочку. Ее поза и обнаженная грудь с твердыми сосками сводила парня с ума.
— Что?! Никогда, всегда буду делать только по-своему, разве не за это ты меня любишь? — девушка провела пальцем по его крепким мышцам вверх и остановилась на ключице, — немного глины попало на шею.
— Я люблю тебя как есть, ты мой свет, ты моя жизнь, ты мое все, — Нир прижимал ее к себе сильнее.
— А когда я стану старушкой? — не унималась она.
— Буду любить еще сильнее, ведь ты будешь знать каждый мой секрет и все равно будешь моя, — парень негромко рассмеялся и поцеловал в уголок ее губ.
— Я и так все о тебе знаю.
Нир выпустил Вару из объятий и уверенно сел на стул у ее ног. Провел ладонями по коже и резко притянул девушку к себе, раздвинув ее колени. Влажный поцелуй начал пробираться выше по бёдрам, пока не достиг её центра. Язык парня скользнул по влажной коже и, коснувшись клитора, проник внутрь. Девушка сжалась и застонала, тихонько поскуливая. Он изменил движения, мягко нажимая на ее нежные складки.
— Это был Южный крест, — он сильнее сжал ее пальцами.
Она почувствовала, как он выводит языком полосы креста.
— Отгадаешь созвездие?
Словно точки на небе он вырисовывал на её раскалённой коже плавные линии, слушая шумное дыхание из ее легких. Ночь сгустила краски за окном, а Вара издала долгий стон удовольствия и обмякла в руках любимого.